Разное

Дюрер альбрехт руки: Руки молящегося картина Альбрехта Дюрера

Содержание

Многие знают картину Альбрехта Дюрера "Руки": matveychev_oleg — LiveJournal

Но мало кто знает историю создания этой картины. Думаю, что кто не знал Дюрера, запомнит эту историю на всю жизнь

В 15 столетии в маленькой деревушке недалеко от Нюрнберга жила семья, в которой было восемнадцать детей. Восемнадцать!

Для того чтобы прокормить такую большую семью, отец, золотых дел мастер, работал по восемнадцать часов в день. Он работал в ювелирной мастерской, но также брался за любую оплачиваемую работу.


Несмотря на почти безнадежное положение, у двоих детей была мечта. Они хотели развивать свой талант в искусстве, но они знали, что их отец не сможет отправить ни одного из них на обучение в Академию в Нюрнберг. После долгих ночных обсуждений эти два мальчика заключили соглашение друг с другом. Они решили бросить монету. Проигравший пойдет работать в шахты, и на свои заработки будет оплачивать обучение брату. А потом, когда брат закончит обучение, он будет оплачивать учебу своему брату, работавшему в шахте, продавая свои работы, а если будет нужно, то также работая в шахтах.

Они бросили монету в воскресенье утром, после церкви. Альбрехт Дюрер выиграл и поехал в Нюрнберг. Альберт пошел работать в опасные шахты, и на протяжении четырех лет он оплачивал обучение брата, чьи работы в Академии сразу же стали сенсацией.

Гравюры Альбрехта, его ксилогравюры и его картины превосходили даже работы многих его профессоров. К моменту окончания учебы он уже стал зарабатывать неплохие суммы за свои работы. Когда юный художник вернулся в свою деревню, семья Дюрер устроила праздничный обед на лужайке, чтобы отпраздновать триумфальное возвращение Альбрехта.

После долгого и незабываемого обеда, за которым звучало много музыки и смеха, Альбрехт встал со своего почетного места во главе стола, чтобы поднять тост за своего любимого брата, который столько лет жертвовал, чтобы исполнить мечту Альбрехта. В конце своей речи он сказал: «Теперь, Альберт, мой благословенный брат, пришел твой черед. Теперь ты можешь поехать в Нюрнберг за своей мечтой, и я буду заботиться о тебе».

Все повернулись с ожиданием к Альберту, который сидел в другом конце стола. Слезы потекли по его бледному лицу, он покачал головой, всхлипывая и повторяя: «Нет...нет...нет...нет». Наконец он встал и вытер слезы. Он посмотрел на лица людей, которых он так любил, а потом, подняв руки к лицу, мягко сказал: «Нет, брат. Я не могу поехать в Нюрнберг. Уже слишком поздно для меня. Посмотри! Посмотри, что эти четыре года в шахтах сделали с моими руками! Кости на каждом пальце были переломаны как минимум один раз, и недавно у меня появился артрит в правой руке, что я даже не могу удержать бокал во время тоста, а уж тем более я не смогу провести красивые линии на пергаменте или холсте карандашом или кистью.

Нет, брат, для меня уже поздно».Более 450 лет прошло. Сейчас сотни портретов, рисунков ручкой или серебряным карандашом, акварелью, рисунки угольным карандашом, ксилогравюры и гравюры на меди висят в каждом великом музее в мире. Скорее всего, вы знакомы хотя бы с одной работой Альбрехта Дюрера. Может быть, у вас дома или в офисе также висит репродукция одной из его работ.

Как-то, чтобы отдать дань уважения Альберту за всю его жертву, Альбрехт нарисовал загрубевшие руки своего брата, направленные в небо. Он назвал свою сильную картину очень просто: «Руки». Но весь мир почти сразу открыл свои сердца этому шедевру и назвал эту картину «Руки молящегося»

(с) Андрей Юркин

«Руки молящегося» | Дневник | Светлана Коппел-Ковтун

Богу от нас ничего не нужно, кроме того, чтобы мы были.

Люди иногда конформизм принимают за доброту - величайшее заблуждение, ибо доброта ближе по сути к нонконформизму. Доброта — это нечто чуждое миру, и мир враждует против доброты, как и доброта — против недоброты мира.

В сумасшедшем мире нормальный человек выглядит сумасшедшим, а сумасшедший — нормальным.

У человека молчание — своё, а не говорение. Разница между авторами — в принимающем молчании, а всё, что подлинно в говорении — от Бога, а не от человека. Говорение-молчание — это своё слово, в которое надо включиться, к которому надо приобщиться, как Слову Бога. Молчание — это наше вопрошание, наш вопрос к Богу, и на этот конкретный вопрос Он отвечает. В ответ на вопрошание молчанием Он говорит в нас, а не нам. Нам Он говорит в ответ на наше говорение.

Слова — это солдаты Слова, если им не мешать своей корыстью, они никогда не солгут.

Ложное «мы», в которое я верю, создаёт моё ложное «я».

Сопереживание — это молитва, а молитва всегда действенна. Подлинное сопереживание всегда обращается (оно всегда обращено) к Богу — за помощью. Это сердечная молитва, на которую способны все мы и к которой призваны все мы. Без сострадания к людям невозможна настоящая молитва. В молитве человек един со всеми и слышит боль мира как свою.

Христиане — соль мира и в этом смысле слова: осоливать мир — значит наполнять его смыслами Зова; исцелять его приобщением к смыслам Зова; звать его на пути Господни, и это осуществляется именно как ответ на вызовы.

Три бытийных состояния человека: текст, песня, антипесня. Антипесня убивает, как песня животворит.
Каждый человек может быть тем, другим и третьим. Текстом он становится трудами других (рождается текстом), всё — текст и все — текст. Песней он становится в Боге и с Богом. А антипесней — когда сражается против песни другого.
Христос — Песня, Антихрист — Антипесня.

Слово Божье надо понимать богом в себе, а не его отсутствием. Все наши беды оттого, что не хватает в сердце Бога для верного толкования святых слов, зато хватает самомнения для надмевания над другими.
Отсутствие Бога в сердце — повод искать Его, а не умничать. Благословенное отсутствие — это жажда Бога, которая суть — потребность в Присутствии Бога, потребность быть в Боге.

Поразительная история создания картины Альбрехта Дюрера «Руки». Узнав ее, я была удивлена…

Скорее всего вы знакомы хотя бы с одной работой Альбрехта Дюрера

В 15 столетии в маленькой деревушке недалеко от Нюрнберга жила семья, в которой было восемнадцать детей. Восемнадцать! Для того, чтобы прокормить такую большую семью отец, золотых дел мастер, работал по восемнадцать часов в день. Он работал в ювелирной мастерской, но также брался за любую оплачиваемую работу. Несмотря на почти безнадежное положение, у двоих детей была мечта. Они хотели развивать свой талант в искусстве, но они знали, что отец не сможет отправить ни одного из них на обучение в Академию в Нюрнберг.

После долгих ночных обсуждений эти два мальчика заключили соглашение друг с другом. Они решили бросить монету. Проигравший пойдет работать в шахту и на свои заработки будет оплачивать обучение брату. А потом, когда брат закончит обучение, он будет оплачивать учебу своему брату, работавшему в шахте, продавая свои работы, а если будет нужно, то также работая в шахте.

Они бросили монету в воскресенье утром, после церкви.

Альбрехт Дюрер выиграл и поехал в Нюрнберг. Альберт пошел работать в опасные шахты, и на протяжении четырех лет он оплачивал обучение брата, чьи работы в Академии сразу же стали сенсацией. Гравюры Альбрехта, его ксилогравюры и его картины превосходили даже работы многих его профессоров.

К моменту окончания учебы он стал зарабатывать неплохие суммы, продавая свои работы. Когда юный художник вернулся в свою деревню, семья Дюрер устроила праздничный обед на лужайке, чтобы отпраздновать триумфальное возвращение Альбрехта. После долгого и незабываемого обеда, во время которого звучало много музыки и смеха, Альбрехт встал со своего почетного места во главе стола, чтобы поднять тост за своего любимого брата, который столько лет жертвовал, чтобы исполнить мечту Альбрехта.

В конце речи он сказал:»Теперь, Альберт, мой благословенный брат, пришел твой черед. Теперь ты можешь поехать в Нюрнберг за своей мечтой, а я буду заботиться о тебе.» Все повернулись с ожиданием к Альберту, который сидел на другом конце стола. Слезы потекли по его бледному лицу, он покачал головой, всхлипывая и повторяя: «Нет… нет… нет… нет…» Наконец он встал и вытер слезы. Он посмотрел на лица людей, которых он так любил, а потом подняв руки к лицу, мягко сказал:

«Нет, брат. Я не могу поехать в Нюрнберг. Уже слишком поздно для меня. Посмотри! Посмотри, что эти четыре года в шахтах сделали с моими руками! Кости на каждом пальце были переломаны как минимум один раз, и недавно у меня появился артрит в правой руке, я даже не могу удержать бокал во время тоста, а уж тем более я не смогу провести красивые линии на пергаменте или холсте карандашом или кистью. Нет, брат, для меня уже поздно.»

Более 450 лет прошло. Сейчас сотни портретов, рисунков ручкой или серебряным карандашом, акварелью, рисунки угольным карандашом, ксилогравюры и гравюры на меди висят в каждом великом музее мира. Скорее всего вы знакомы хотя бы с одной работой Альбрехта Дюрера. Может быть у вас дома или в офисе также висит репродукция одной из его работ.

Как-то, чтобы отдать дань уважения Альберту за всю его жертву, Альбрехт нарисовал загрубевшие руки своего брата, направленные к небу. Он назвал свою сильную картину очень просто… «Руки»

Но весь мир почти сразу открыл сердца этому шедевру и назвал картину «Руки молящегося»

Андрей Юркин

Источник: pandda.me

«Руки молящегося», Альбрехт Дюрер — описание картины

Руки молящегося - Альбрехт Дюрер. Около 1508. 29,1 x 19,7 см


   Руки, сложенные в молитвенном жесте. Этот рисунок является самым известным из наследия Альбрехта Дюрера, выдающегося мастера Возрождения с «немецкой пропиской».

   Считается, что рисунок был выполнен живописцем как тренировка перед работой над центральной частью «Алтаря Геллера», знаменитого триптиха для доминиканского монастыря, который Дюрер создал в сотрудничестве с Маттиасом Грюневальдом. Тщательная работа полностью оправдалась – великим произведением искусства стал и сам алтарь, и все эскизы к нему.

   Для Дюрера было важно изобразить руки с анатомической точностью. В качестве «модели» мастер взял свою левую руку… Да-да, именно левую. Мы видим на рисунке одну руку мастера, а правая рука была изображена с помощью зеркала, в котором отражалась левая. Впрочем, есть ещё одна теория, которая говорит о том, что на рисунке руки брата Дюрера.

   Кроме рук, на большом листе ещё была изображена голова молящегося апостола. Позже рисунки разделили. Интересно, что все свои «тренировочные рисунки» автор сохранял как некие шпаргалки, и позже использовал уже отработанные элементы в других картинах.

   «Руки молящегося» являются самым узнаваемым мотивом творчества Дюрера. Рисунок не только имеет множество репродукций, но даже воплощён в скульптурную форму, а также в виде небольших рельефов (особенно распространены в США).

   Кроме художественной ценности, рисунок приобрёл большое культовое значение как символ мольбы, соболезнования, конфирмации и вообще религиозной принадлежности.

   Но если отделить этот лаконичный рисунок на синей загрунтованной бумаге, сделанный белилами и серой краской, от культурно-религиозных смыслов и значений, то можно убедиться: ценность этой работы ничуть не уменьшается. Невероятно точное изображение рук пожилого человека с морщинами и венами, написанное в динамике с определённым характером не может не восхищать и ставит этот рисунок в ряды значительных произведений мирового наследия.

Альбрехт Дюрер - "Руки молящегося": lovers_of_art — LiveJournal

2-Альбрехт Дюрер - Руки молящегося (Руки апостола) - 1508.jpg

Альбрехт Дюрер - Руки молящегося (Руки апостола) - 1508


"Руки молящегося" (1508) Альбрехта Дюрера не были, как предполагалось на протяжении столетий, подготовительным рисунком для расписного алтаря. Это — законченная работа, предназначенная для рекламы таланта мастера. Такую революционную теорию выдвинул Кристоф Мецгер, главный куратор венской галереи Альбертина, в преддверии крупной ретроспективы художника, намеченной на конец следующего года.


Эксперт также утверждает, что на рисунке изображены руки самого мастера.

"Руки молящегося" — ныне одни из самых известных рисунков всех времён. Кристоф Мецгер говорит, что по популярности он уступает разве что "Витрувианскому человеку" (около 1490) Леонардо да Винчи. Спустя более пяти веков репродукции произведения Дюрера по-прежнему украшают домах миллионов людей, — в качестве религиозных икон.


8-Леонардо да Винчи - Витрувианский человек.jpg

Леонардо да Винчи - Витрувианский человек - 1490-1492


Витрувианский человек (Homo vitruvianus) — изображение, созданное Леонардо да Винчи как иллюстрация для книги, посвящённой трудам античного римского архитектора Витрувия (Vitruvius), и помещённый в одном из его дневников/

С XIX века считалось, что руки были подготовительным этюдом для фигуры апостола в нижнем правом углу центральной панели алтаря Геллера (завершён в 1509 году). Он назван так в честь заказавшего его торговца из Франкфурта.

Оригинальная доска была уничтожена пожаром в 1729 году, но сохранилась хорошая копия, выполненная Джобстом Харриком и теперь находящаяся в Историческом музее во Франкфурте.

Аргументы в пользу того, что рисунок тушью и белилами — это предварительный набросок, выдвигались совсем недавно, на двух важных выставках в 2013 году. Одна прошла в Штеделевском художественном институте во Франкфурте-на-Майне, вторая — в Национальной галерее искусств в Вашингтоне (где вступление к каталогу писал Хайнц Видауэр — коллега Кристофа Мецгера в Альбертине).


3-Альбрехт Дюрер - Алтарь Геллера (Алтарь Вознесения Марии) Реконструкция - 1500-е.jpg

Альбрехт Дюрер - Алтарь Геллера (Алтарь Вознесения Марии) Реконструкция - 1500-е годы

4-Альбрехт Дюрер - Алтарь Геллера (Алтарь Вознесения Марии) - 1500-е (фрагмент).jpg

Альбрехт Дюрер - Алтарь Геллера (Алтарь Вознесения Марии) - 1500-е годы (фрагмент)


Мецгер утверждают, что учёные ошибаются: зачем Дюреру было делать отдельный детально проработанных рисунок лишь для того, чтобы уменьшить его до крошечной детали на расписанном алтаре?

"Работа представляет собой чудо наблюдательности, и она слишком амбициозна, чтобы быть просто предварительным наброском, — говорит он. — Дюрер сделал этот "мастер-рисунок", чтобы демонстрировать посетителям своей мастерской пример дарованного Богом таланта".

По словам Мецгера, "Руки молящегося" и несколько других рисунков были созданы для рекламы и демонстрировались потенциальным клиентам, чтобы те поняли, какого качества заказы может выполнить художник.

Куратор Альбертины считает, что на рисунке изображены руки самого Дюрера, исходя из того, что:

"Очень тонкие пальцы и ладони похожи на те, что мы видим на автопортрете 1500-го года из мюнхенской Пинакотеки. На рисунке у мизинца частично скрытой руки слева, похоже, искривление или уплотнение суставов, что показано на других автопортретах, таких как рисунок 1498 года из Метрополитен-музея", — сказал Кристоф Мецгер.


5-Альбрехт Дюрер - Автопортрет - 1500.jpg

Альбрехт Дюрер - Автопортрет - 1500

6-Альбрехт Дюрер - Автопортрет с остролистом (Автопортрет с чертополохом) - 1493.jpg

Альбрехт Дюрер - Автопортрет с остролистом (Автопортрет с чертополохом) - 1493

7-Альбрехт Дюрер - Автопортрет с этюдом руки и подушки (лицевая сторона листа) - 1493.jpg

Альбрехт Дюрер - Автопортрет с этюдом руки и подушки (лицевая сторона листа) - 1493


Ретроспектива Альбрехта Дюрера в галерее Альбертина в Вене должна начать работу 20 сентября 2019 года и завершить 6 января 2020-го.
Дюрер - "Руки молящегося"

«Руки молящегося»: правда ли, что руки старшего брата Дюрера и другие факты и вымыслы о знаменитом рисунке и художнике

Время от времени — то в глянцевом журнале, то в ливджорнал, то в фейсбуке, то на каком-нибудь сайте «возле искусства», мы встречаем удивительно схожие «трогательные» истории из жизни великих людей: про нескончаемые букеты цветов, заказанные давно погибшим Маяковским, про сестру Фаины Раневской, обаявшую советского мясника, про «миллион алых роз», купленных Пиросмани для французской актрисы или про Альбрехта Дюрера, нарисовавшего руки своего брата.

Цветы от Маяковского — опровергнутый фейк, анекдоты вокруг Раневской скорее всего неистребимы, роз Пиросмани было, конечно, не миллион, а несколько десятков букетов, но они хотя бы были, а вот история «рук молящегося» вполне достойна разбора. Несмотря на сомнительный литературный стиль и не менее сомнительное правдоподобие, она отчего-то чрезвычайно нравится людям (а, значит, тиражируется снова и снова). Давайте попытаемся проанализировать, сколько в этой «подлинной истории» подлинности. И, так как для этого вам сначала придётся её прочитать — запаситесь носовыми платками и следите за уровнем сахара в крови, потому что процент слащавости и сентиментальности в тексте опасно высок.

Двенадцатилетный Иисус в храме Альбрехт Дюрер 1494

Цитата из открытых интернет-источников:

«Многие знают картину Альбрехта Дюрера «Руки». Но мало кто знает историю создания этой картины. Думаю, что кто не знал Дюрера, запомнит эту историю на всю жизнь. В 15 столетии в маленькой деревушке недалеко от Нюрнберга жила семья, в которой было восемнадцать детей. Восемнадцать! Для того чтобы прокормить такую большую семью, отец, золотых дел мастер, работал по восемнадцать часов в день. Он работал в ювелирной мастерской, но также брался за любую оплачиваемую работу. Несмотря на почти безнадежное положение, у двоих детей была мечта. Они хотели развивать свой талант в искусстве, но они знали, что их отец не сможет отправить ни одного из них на обучение в Академию в Нюрнберг. После долгих ночных обсуждений эти два мальчика заключили соглашение друг с другом. Они решили бросить монету. Проигравший пойдет работать в шахты, и на свои заработки будет оплачивать обучение брату. А потом, когда брат закончит обучение, он будет оплачивать учебу своему брату, работавшему в шахте, продавая свои работы, а если будет нужно, то также работая в шахтах. Они бросили монету в воскресенье утром, после церкви. Альбрехт Дюрер выиграл и поехал в Нюрнберг. Альберт пошел работать в опасные шахты, и на протяжении четырех лет он оплачивал обучение брата, чьи работы в Академии сразу же стали сенсацией. Гравюры Альбрехта, его ксилогравюры и его картины превосходили даже работы многих его профессоров. К моменту окончания учебы он уже стал зарабатывать неплохие суммы за свои работы. Когда юный художник вернулся в свою деревню, семья Дюрер устроила праздничный обед на лужайке, чтобы отпраздновать триумфальное возвращение Альбрехта. После долгого и незабываемого обеда, за которым звучало много музыки и смеха, Альбрехт встал со своего почетного места во главе стола, чтобы поднять тост за своего любимого брата, который столько лет жертвовал, чтобы исполнить мечту Альбрехта. В конце своей речи он сказал: «Теперь, Альберт, мой благословенный брат, пришел твой черед. Теперь ты можешь поехать в Нюрнберг за своей мечтой, и я буду заботиться о тебе».

Все повернулись с ожиданием к Альберту, который сидел в другом конце стола. Слезы потекли по его бледному лицу, он покачал головой, всхлипывая и повторяя: «Нет…нет…нет…нет». Наконец он встал и вытер слезы. Он посмотрел на лица людей, которых он так любил, а потом, подняв руки к лицу, мягко сказал: «Нет, брат. Я не могу поехать в Нюрнберг. Уже слишком поздно для меня. Посмотри! Посмотри, что эти четыре года в шахтах сделали с моими руками! Кости на каждом пальце были переломаны как минимум один раз, и недавно у меня появился артрит в правой руке, что я даже не могу удержать бокал во время тоста, а уж тем более я не смогу провести красивые линии на пергаменте или холсте карандашом или кистью. Нет, брат, для меня уже поздно». Более 450 лет прошло. Сейчас сотни портретов, рисунков ручкой или серебряным карандашом, акварелью, рисунки угольным карандашом, ксилогравюры и гравюры на меди висят в каждом великом музее в мире. Скорее всего, вы знакомы хотя бы с одной работой Альбрехта Дюрера. Может быть, у вас дома или в офисе также висит репродукция одной из его работ.

Как-то, чтобы отдать дань уважения Альберту за всю его жертву, Альбрехт нарисовал загрубевшие руки своего брата, направленные в небо. Он назвал свою сильную картину очень просто: «Руки». Но весь мир почти сразу открыл свои сердца этому шедевру и назвал эту картину «Руки молящегося».

А теперь вместе с теми, кто смог это дочитать, мы проверим эту историю на прочность.

Автопортрет с этюдом руки и подушки (лицевая сторона листа) Альбрехт Дюрер 1493

Итак: «В 15 столетии» — это правда, но «…в маленькой деревушке недалеко от Нюрнберга» — враньё.
Семья Дюрера жила непосредственно в Нюрнберге. Об этом мы знаем от самого художника, любезно оставившего нам попытку автобиографии, из той её части, где он пишет о своём отце — тоже Альбрехте Дюрере: «Затем Альбрехт Дюрер, мой дорогой отец, приехал в Германию; он долго пробыл в Нидерландах у больших художников и наконец приехал сюда в Нюрнберг, когда считали 1455 год от рождества Христова в день св. Элигия [25 июня]".

Информация об огромной семье «в которой было восемнадцать детей. Восемнадцать!» — в такой формулировке тоже неверна.
В семье Дюреров и в самом деле родилось 18 детей, но в ней никогда не было 18 детей одновременно.

Потому что на свете они не заживались. Об этом мы тоже знаем и из автобиографии Альбрехта Дюрера — младшего и из записей Альбрехта Дюрера — старшего, подробно рассказывавшего в своём дневнике о появлении каждого младенца.

Плачущий ангелочек (эскиз) Альбрехт Дюрер 1521

До изрядных лет дожили только три «мальчика Дюреров», из которых Альбрехт был старшим: «Все эти мои братья и сестры, дети моего дорогого отца, умерли, одни в детстве, другие, когда выросли. Только мы, три брата, еще живы, пока богу угодно, а именно, я, Альбрехт, и мой брат Эндрес, а также мой брат Ханс, третий носящий это имя из детей моего отца».

Родители художника. Портрет Барбары Дюрер, урожденной Хольпер и Альбрехт Дюрер - старший с чётками

Теперь поговорим о бедности семейства Дюрер.

Поклонение волхвов Альбрехт Дюрер 1504

«Для того чтобы прокормить такую большую семью, отец, золотых дел мастер, работал по восемнадцать часов в день. Он работал в ювелирной мастерской, но также брался за любую оплачиваемую работу» — мы уже поняли, что семья была вовсе не так велика. Но работал Альбрехт Дюрер — старший действительно много — как любой прилежный ремесленник своего времени. Весь световой день — несомненно. Брался ли он «за любую оплачиваемую работу» кроме ювелирной? Вполне вероятно, что брался за граверную. За рисунки. Но точно не за (предположим) «огород вскопать». Потому что золотых дел мастер бережёт свои руки. И в Нюрнберге он для себя работу, конечно же, находил. А вот что золотых дел мастеру из цитируемой истории делать по 18 часов в день в «маленькой деревушке под Нюрнбергом» (дворов на тридцать, вероятно), пусть подумает её автор.

Следуем далее по тексту. «Несмотря на почти безнадежное положение, у двоих детей была мечта. Они хотели развивать свой талант в искусстве, но они знали, что их отец не сможет отправить ни одного из них на обучение в Академию в Нюрнберг» — в этом фрагменте прекрасно приблизительно… всё. Про то, что положение отца Дюрера не было безнадёжным, мы уже догадываемся. Забегая вперёд сообщу, что тогда уж мечта была не у двоих, а у троих — все три выживших сына Альбрехта-старшего нашли себя в искусстве. Отправлять детей в Нюрнберг папе было не надо — они в нём и так жили.

А в Академию художеств он мог их отправить только на машине времени — в Нюрнберге 15 века ещё не было Академии художеств.

Хотя Нюрнбергская Академия и старейшая в Германии, основана она была только в 1662 году. Но, строго говоря, для начального обучения мальчикам никакая Академия не нужна — их отец, Альбрехт Дюрер — старший, великолепный рисовальщик (а иначе и быть не могло — золотых дел мастера сами разрабатывали эскизы) и всё, что касается графики, может преподать своим детям сам.

Вот, кстати, автопортрет Альбрехта Дюрера — старшего, созданный им в 1486 году.

Альбрехт Дюрер — старший. Автопортрет (1486 г)

Следующий тезис приближает нас к кульминации. «После долгих ночных обсуждений эти два мальчика заключили соглашение друг с другом. Они решили бросить монету. Проигравший пойдет работать в шахты, и на свои заработки будет оплачивать обучение брату» — вполне может быть, что Альбрехт с любым из выживших братьев о чём-нибудь спорил и даже кидал монетку. Но точно не ради обучения в несуществующей пока Академии. А если бы какой-то из выживших сыновей решил пойти портить руки в шахту, папа Альбрехт Дюрер — старший взял бы розги и долго объяснял бы ему, почему детям ювелира так делать не надо. И никакая ювенальная юстиция ему бы не помешала.

Фото с выставки работ Альбрехта Дюрера в Вене. Руки Альбрехт Дюрер Рисунки и иллюстрации, 1506 Фото с выставки работ Альбрехта Дюрера в Вене. Фото с выставки работ Альбрехта Дюрера в Вене. Фото с выставки работ Альбрехта Дюрера в Вене. Фото с выставки работ Альбрехта Дюрера в Вене.

Собственно, именно ювелирами и должны были стать все мальчики.

Ведь профессии в это время обычно были делом наследственным — кузнец обучал сына работать с железом, ткач с детства сажал наследника за станок, а Дюрер-отец надеялся, что старший из выживших сыновей станет отличным ювелиром. Но тот хотел стать живописцем: «особенное утешение находил мой отец во мне, ибо он видел, что я был прилежен в ученье. Поэтому послал меня мой отец в школу, и когда я выучился читать и писать, он взял меня из школы и стал обучать меня ремеслу золотых дел мастера. И когда я уже научился чисто работать, у меня появилось больше охоты к живописи, нежели к золотых дел мастерству. Я сказал об этом моему отцу, но он был совсем не доволен, так как ему было жаль потерянного времени, которое я потратил на обучение золотых дел мастерству».

«Двойной кубок» (1526 г.) Эскиз ювелирного изделия, сделанный Дюрером — сыном уже в зрелом возрасте.

Как видите, история про жертву брата рассыпается, как карточный домик, но мы продолжим: «Альбрехт Дюрер выиграл и поехал в Нюрнберг. Альберт пошел работать в опасные шахты, и на протяжении четырех лет он оплачивал обучение брата, чьи работы в Академии сразу же стали сенсацией».

Однако Альбрехт и Альберт это как «Марьюшка, Марусенька, Машенька и Манечка» в загадке Корнея Чуковского — варианты одного и того же имени.

Конечно папа и мама Дюреры давали своим детям одинаковые имена (Хансов у них было трое), но обычно ждали, когда предыдущий носитель имени умрёт. И, как вы помните, из сыновей там оставались «я, Альбрехт, и мой брат Эндрес, а также мой брат Ханс».

Автопортрет с повязкой Альбрехт Дюрер 1491

«…чьи работы в Академии сразу же стали сенсацией. Гравюры Альбрехта, его ксилогравюры и его картины превосходили даже работы многих его профессоров…» - пока Академия не открыта, нашему Альбрехту Дюреру приходится учиться просто в крупной мастерской.

Там нет никаких «многих профессоров», а есть Михаель Вольгемут, художник тогда довольно известный, хотя сейчас и подзабытый.

Портрет Михаэля Вольгемута Альбрехт Дюрер 1516

«…Договорился мой отец отдать меня в ученики к Михаелю Вольгемуту, с тем, чтобы я служил у него три года. В то время дал мне бог усердия, так что я хорошо учился. Но мне приходилось много терпеть от его подмастерьев». Увы, никаких особых сенсаций — исправно учится, совершенствует рисунок, осваивает живопись и терпит подначки хулиганов-подмастерьев, потому что он не один из восемнадцати детей родом из «маленькой шахтёрской деревушки», а нежный балованный мальчик, отцовский любимец. Что касается «гравюр и ксилографий», то «ксилографией» (гравюрой на дереве) Дюрер в ученичестве несомненно занимается, в тогдашней Германии это самый популярный вид гравюры, гравюрой же по металлу он начнёт заниматься позже.

«К моменту окончания учебы он уже стал зарабатывать неплохие суммы за свои работы» — что-то он к концу ученичества, конечно, зарабатывает, а в «странствии» (обязательный этап обучения для подмастерьев многих цехов), скорее всего, обеспечивает себя сам. Хотя Альбрехт — старший (бывший, вопреки цитируемому тексту, человеком вполне зажиточным) наверняка выдал ему какие-то деньги на начало пути.

«Когда юный художник вернулся в свою деревню, семья Дюрер устроила праздничный обед на лужайке, чтобы отпраздновать триумфальное возвращение Альбрехта» — когда не такой уж юный (странствия продолжались 4 года) Альбрехт Дюрер вернулся в Нюрнберг, возможно его семья и устроила праздничный обед на лужайке. А заодно и помолвку. Потому что Альбрехт — младший, уже вполне успешно работавший в типографии в Базеле, может бы и ещё пожил вне дома, но в 1493 году Альбрехт — старший решил, что пора мальчика женить и сговорил за него 14-летнюю дочь своего приятеля, медника Ханса Фрея — Агнес Фрей.

Портрет жены художника Альбрехт Дюрер 1494

К девушке, кстати, прилагалось симпатичное приданое в 200 гульденов. Подтверждая свою покорность отцовской воле, Альбрехт — младший послал домой «жениховский» автопортрет с подписью «идёт моё дело как небо велело» («поступаю согласно велению свыше»), и в 1494 году вернулся в Нюрнберг.

Автопортрет с остролистом (Автопортрет с чертополохом) Альбрехт Дюрер 1493,

«После долгого и незабываемого обеда, за которым звучало много музыки и смеха, Альбрехт встал со своего почетного места во главе стола, чтобы поднять тост за своего любимого брата, который столько лет жертвовал, чтобы исполнить мечту Альбрехта. В конце своей речи он сказал: «Теперь, Альберт, мой благословенный брат, пришел твой черед. Теперь ты можешь поехать в Нюрнберг за своей мечтой, и я буду заботиться о тебе» — мы уже смирились с тем, что брату Альберту Дюрер ничего подобного сказать не может, и мы не знаем, что он сказал после гипотетического обеда своим младшим братьям Эндерсу (родившемуся в 1484 году) и Хансу (который был ему практически незнаком, потому что родился в 1490 году).

Более того, из его переписки мы точно знаем, что Альбрехт своим братьям неоднократно помогал.

«Скажите моей матери, чтобы она поговорила с Вольгемутом о моем брате, не может ли он дать ему работу, пока я не вернусь, или устроить его к кому-нибудь другому, чтобы он мог себя содержать. Я охотно взял бы его с собой в Венецию, это было бы полезно и мне и ему также для изучения языка. Но она боится, что на него упадет небо. Я прошу Вас, присмотрите сами за ним, на женщин надежда плоха. Поговорите с мальчиком, как Вы это умеете, чтобы он учился и хорошо себя вел, пока я не вернусь, и не был бы в тягость матери. Один я бы не пропал, но содержать многих мне слишком трудно. Ибо никто не выбрасывает своих денег» (из письма Дюрера Вилибальду Пиркгеймеру).

Фото с выставки работ Альбрехта Дюрера в Вене. Фото с выставки работ Альбрехта Дюрера в Вене. Фото с выставки работ Альбрехта Дюрера в Вене. Фото с выставки работ Альбрехта Дюрера в Вене. Фото с выставки работ Альбрехта Дюрера в Вене. Фото с выставки работ Альбрехта Дюрера в Вене.

Весь эпизод с ответной речью несуществующего брата мы не будем цитировать повторно, а просто сложим в папку с надписью «сентиментальное враньё».
«Более 450 лет прошло» — на данный момент с 1494 прошло более 500.
«Сейчас сотни портретов, рисунков ручкой или серебряным карандашом, акварелью, рисунки угольным карандашом, ксилогравюры и гравюры на меди висят в каждом великом музее в мире. Скорее всего, вы знакомы хотя бы с одной работой Альбрехта Дюрера. Может быть, у вас дома или в офисе также висит репродукция одной из его работ» — ну наконец-то абсолютная правда. Однако царит она недолго.

Руки молящегося (Руки апостола) Альбрехт Дюрер 1508

«Как-то, чтобы отдать дань уважения Альберту за всю его жертву, Альбрехт нарисовал загрубевшие руки своего брата, направленные в небо. Он назвал свою сильную картину очень просто: „Руки“. Но весь мир почти сразу открыл свои сердца этому шедевру и назвал эту картину „Руки молящегося“» — большинство искусствоведов считают, что в 1508 году, делая рисунки для «Алтаря Геллера», Дюрер сел и нарисовал на тонированной бумаге те руки, которые рисовал чаще всего — свои собственные.

Алтарь Геллера (Алтарь Вознесения Марии). Реконструкция Альбрехт Дюрер 1500-е

Имеется и предположение о том, что «Руки молящегося» — часть портфолио мастера, тщательный рисунок, выполненный им для демонстрации своего таланта заказчикам. Установлено, что правую руку он рисовал с левой, отражённой в зеркале. Как вы можете заметить, на руки шахтёра они ничуть не похожи. Это красивые, длиннопалые, холёные руки человека, никогда не занимавшегося грубой работой, искривление мизинца такое же, как на других автопортретах художника.

Кстати, несмотря на то, что «Руки молящегося» — один из самых тиражируемых рисунков Дюрера, набросков рук у него сохранилось великое множество. И не все они сложены в молитве. Минимум одна скручена в фигу.

Этюд. Левая рука Альбрехта Дюрера Альбрехт Дюрер 1494

Предлагаем автору душераздирающей истории «рук молящегося» придумать и про этот рисунок что-нибудь возвышенное. К примеру, «однажды Дюреру явился дьявол и предложил продать душу за возможность превзойти Леонардо да Винчи, но Дюрер был очень благочестивый и показал дьяволу вот эту фигуру, чем посрамил его, а потом зарисовал оную фигу, чтобы всегда помнить о крепости своей веры. Хотя если бы дьявол предложил Дюреру записную книжку Якопо де Барбари (с расчётом совершенных человеческих пропорций), Альбрехт мог бы и сдаться».

Мужская обнаженная фигура. Изучение пропорций Альбрехт Дюрер 1513

А если кому-то интересно, как сложилась жизни остальных «мальчиков семьи Дюрер», то Ханс и Эндрес пережили старшего брата. Ханс стал живописцем, Эндрес — золотых дел мастером. Оба были умеренно успешны, но особого следа в искусстве не оставили. Ханс помогал Альбрехту в создании того самого алтаря Геллера, для которого, возможно, были нарисованы «Руки молящегося». Был вспыльчив, сохранились документы о его участии в драке, во время которой он был легко ранен. Умер в 48 лет, не оставив потомства (во всяком случае, законного). Эндрес дожил до семидесяти лет. Унаследовал часть имущества Альбрехта, а затем — в 1540 г. — большую часть имущества своей покойной невестки Агнес, после чего стал довольно богат. Был женат на вдове с двумя дочерьми, но своих детей не оставил, так что про его сыновей можно не сочинять красивых легенд.

Дюрер: эволюция. Истории 13-ти автопортретов художника: uchitelj — LiveJournal

. Ср. ранние автопортреты (до начала 16 в.) и более поздние. Вполне вероятно, что для первых Дюрер использовал выпуклое зеркало, а для вторых - плоское.

И, конечно, он отнюдь не был первым европейским художником, кто стал писать автопортреты.

Первым в истории германской (а по большому счету — и всей европейской) живописи Альбрехт Дюрер начал писать автопортреты. Рассмотренные в хронологической последовательности, они составляют уникальную историю человеческого познания себя, природы и Бога.



Первый автопортрет 13-летнего Дюрера


Альбрехт Дюрер. Автопортрет

У Альбрехта Дюрера-старшего (1, 2), венгерского переселенца, была в Нюрнберге ювелирная мастерская и 18 дочек и сыновей, из которых выжило четверо. Третий из детей Дюреров, тоже Альбрехт, как и отец, лет с десяти лет проводил весь день в мастерской. По правде говоря, поначалу он только внимательно наблюдал. Смотрел, как разноцветные камни заключаются в оправу, становясь частью перстня или колье; как витой орнамент из листьев и бутонов постепенно, повинуясь резцу отца, опутывает горлышко серебряной вазы, а пузатый позолоченный потир (церковная чаша для принятия причастия) «обрастает» виноградной лозой и гроздьями. К тринадцати годам отец уже поручал Альбрехту-младшему готовить эскизы для тех же колье, венца или чаши. У третьего сына Дюреров оказалась твёрдая рука, прекрасный глазомер и чувство пропорций. Его богобоязненный отец мог поблагодарить небо за то, что у семейного бизнеса намечаются неплохие отдалённые перспективы.


Альбрехт Дюрер. Двойной кубок


Альбрехт Дюрер. Императорская корона
Эскизы ювелирных изделий, сделанные Дюрером уже в зрелом возрасте.

Однажды, взяв привычный для ученика ювелира серебряный карандаш, не допускающий никаких исправлений, 13-летний Альбрехт, сверяясь с отражением в зеркале, изобразил себя. Это оказалось непросто — всё время переводя взгляд с отражения на бумагу и обратно, удерживать неизменными позу и выражение лица. Еще экзотичнее было осознавать, что вот сейчас в мастерской целых три Альбрехта — один в амальгаме зеркала, второй постепенно проступает на бумаге, а третий, сосредоточив все свои духовные силы, пытается сделать так, чтобы первые двое максимально совпали. Он только свой волшебный карандаш не стал изображать — нарисовал лишь хрупкую кисть с вытянутым пальцем, будто указывает на что-то невидимое нам или пытается что-то измерить.

В правом верхнем углу сделана надпись: «Я сам нарисовал себя в зеркале в 1484 году, когда я был еще ребенком. Альбрехт Дюрер». В Германии конца XV века не приняты были автопортреты. 13-летний Дюрер не мог видеть никаких образцов, как не мог предполагать, что когда-то именно благодаря ему в европейском искусстве утвердится такой жанр — автопортрет. С интересом естествоиспытателя, столь характерным для эпохи Ренессанса, Альбрехт просто фиксировал заинтересовавший его объект — собственное лицо — и не пытался себя украсить, героизировать или принарядить (как станет поступать, повзрослев).

«Это трогательное лицо с по-детски пухлыми щёчками и широко открытыми глазами, — описывает первый автопортрет Дюрера историк искусства Марсель Брион. — Эти выпуклые глаза, похожие на глаза хищной птицы, способные рассматривать солнце, не моргая. Рисунок в этом месте несколько неумелый. Серебряный карандаш, более подходящий для кропотливой точности эскизов золотых дел мастера, резко очерчивает изгиб век, блики глазного яблока. Взгляд сосредоточенный и почти галлюцинирующий, что, возможно, вызвано некоторой неловкостью юного рисовальщика, а возможно, поразительной интуицией, которая уже тогда была отличительной чертой характера маленького Дюрера. Лицо повёрнуто на три четверти, обнаруживая нежный овал полных щек, нос с горбинкой, похожий на клюв. В лице мальчика есть какая-то нерешительность и незавершённость, но нос и глаза свидетельствуют об исключительной индивидуальности автора, уверенного в себе, хозяина своей души и судьбы».

Автопортрет с этюдом руки и подушки и автопортрет с повязкой


Альбрехт Дюрер. Автопортрет с этюдом руки и подушки (лицевая сторона листа)


Альбрехт Дюрер. Шесть этюдов подушек (обратная сторона "Автопортрета с этюдами руки и подушки")


Альбрехт Дюрер. Автопортрет с повязкой
1491

Следующие дошедшие до нас графические автопортреты Альбрехта Дюрера выполнены в 1491—1493-м годах. Их автору чуть-чуть за двадцать. Здесь уже использован не серебряный карандаш, а перо и чернила. А сам Дюрер — больше не подмастерье ювелира, а начинающий художник. Его отец очень жалел о тщетных усилиях, затраченных на обучение Альбрехта «золотых и серебряных дел мастерству», но, видя настойчивость, с какой сын стремится стать художником, отдал его учиться к живописцу и резчику Михаэлю Вольгемуту, после чего Дюрер отправился, как тогда было принято, в творческое путешествие. «Годы странствий», во время которых исполнены эти автопортреты, сделают из него настоящего мастера.

Автопортрет с этюдом руки и подушкой, на первый взгляд, кажется чем-то вроде карикатуры, дружеского шаржа на самого себя. Но, скорее всего, никакого тайного смысла тут нет и это просто графическое упражнение. Дюрер «набивает руку», тренируется создавать с помощью штриховки полноценные трёхмерные объекты и анализировать, как ложатся штрихи, фиксирующие их деформации: на оборотной стороне автопортрета изображены 6 по-разному примятых подушек.

Предметом пристального внимания Дюрера в автопортретах-штудиях, наравне с лицом, становятся руки. Будучи великолепным рисовальщиком, Дюрер считал кисти рук одним из самых значительных и интересных объектов для изучения и изображения. Он никогда не давал руки обобщенно, всегда тщательнейшим образом прорабатывал рельеф кожи, мельчайшие линии и морщинки. Эскиз к одному из дюреровских алтарных образов «Руки молящегося/апостола» (1508), например, знаменит как самостоятельное произведение. Кстати, тонкие кисти с длинными сужающимися кверху пальцами, обладателем которых являлся сам Дюрер, в его время считались признаком высокого духовного совершенства.

В этих двух юношеских портретах искусствоведы прочитывают «озабоченность, взволнованность, неуверенность в себе». В них уже очевидна эмоциональная особенность, которая сохранится и во всех дальнейших автопортретах художника: ни на одном из них он не изобразил себя радостным или хотя бы с тенью с улыбки. Отчасти это было данью живописной традиции (в средневековой живописи никто не смеется), отчасти же отражало характер. Унаследовав от отца неизбывную семейную молчаливость и мрачность, Дюрер всегда оставался сложной, напряженно мыслящей натурой, чуждой удовлетворённости собой: недаром знаменитую гравюру Дюрера «Меланхолия» часто именуют его духовным автопортретом.

Автопортрет с остролистом


Альбрехт Дюрер. Автопортрет с остролистом (Автопортрет с чертополохом)
1493, 56×44 см

Это первый из автортретов Дюрера, написанных маслом. Всего их известно три: первый — луврский, второй хранится в Прадо (Мадрид), а третий и самый знаменитый — в Старой пинакотеке Мюнхена.

Пока Дюрер путешествовал в окрестностях Верхнего Рейна и совершенствовался, знакомясь с известными художниками Германии и зарисовывая виды городов и гор, его отец в Нюрнберге сосватал ему невесту. О сватовстве как свершившемся факте он письмом ставит в известность ничего не подозревавшего сына, находившегося в тот момент в Страсбурге. О девице Агнес Фрай отец не написал Дюреру почти ничего, зато многое рассказал о её родителях: будущий тесть Ганс Фрай, мастер интерьерных фонтанов, вот-вот будет назначен в Большой совет Нюрнберга, а тёща — вообще из патрицианской (хотя и обедневшей) династии Руммель.

Старший Дюрер, сам вышедший из венгерских хлеборобов, очень хотел составить для Альбрехта хорошую партию и потому требовал от сына закончить все его незавершённые дела и возвращаться в Нюрнберг, а тем временем — художник он теперь или кто? — написать и прислать для Агнес собственный портрет, чтобы невеста могла представить, как выглядит суженый, которого до этого ей видеть не доводилось.

Портретом, выполнившим в семейной жизнь Дюрера роль этакого «превью», считают «Автопортрет с остролистом» (1493). Он написан не на дереве, как большинство портретов того времени, а на пергаменте (допускают, что в таком виде портрет было проще пересылать), только в 1840-м году изображение перенесут на холст. Дюреру здесь 22 года. Впервые в автопортрете его задачей оказывается не познать самого себя, а показать себя другим, как бы «предъявить» свои внешность и личность миру. И для Дюрера это оказывается интересным вызовом, на который он откликается с особым художническим азартом. Дюрер изображает самого себя с вызывающей, карнавально-театральной элегантностью: его тонкая белая рубашка перетянута розовово-лиловыми шнурами, рукава верхнего платья украшены прорезами, а экстравагантная красная шляпа больше походит на цветок георгина, нежели на головной убор.

Дюрер сжимает пальцами изящную колючку, о природе и символике которой спорят. В русском языке за картиной закрепилось название «Автопортрет с остролистом», но растение, которое по-русски называется остролист (или падуб) цветёт и выглядит несколько иначе. С точки зрения ботаников, Дюрер держит в руках Eryngium amethystinum — аметистовый синеголовник, его еще называют «голубым чертополохом». По одной из версий, так набожный Дюрер указывает на свой «символ веры» — терновый венец Христа. Другая версия говорит, что в Германии на одном из диалектов название синеголовника — Männer treu («мужская верность»), а значит, Дюрер даёт понять, что не собирается перечить отцу и обещает Агнес быть верным мужем. Надпись на темном фоне My sach die gat / Als es oben schtat переводят как «Мои дела определяются свыше» (есть и рифмованный перевод: «Идёт моё дело, как небо велело»). Её также можно истолковать как выражение покорности судьбе и родительской воле. Но вот костюм проговаривается: «Я сделаю, как велит отец, но это не помешает мне оставаться собой и двигаться по избранному пути».


Альбрехт Дюрер. Жена Агнес


Альбрехт Дюрер. Агнес Дюрер

Графические портреты Агнес Дюрер (1495 и 1521 гг.), выполненные её мужем с интервалом в четверть столетия

Альбрехт и Агнес вскоре повенчаются, как того захотели их родители, и проживут вместе долгую жизнь, которую мало кто осмелился бы назвать счастливой: уж слишком разными по натуре оказались две половинки бездетной четы Дюрер. «Между ним и женой, вероятно, никогда не было взаимопонимания, — пишет Галина Матвиевская в монографии „Альбрехт Дюрер — ученый“. — Практичная и расчётливая Агнес была, по-видимому, сильно разочарована тем, что весь уклад её новой жизни совсем не похож на привычный ей по дому отца. Стремясь жить упорядоченной бюргерской жизнью, подчинённой простым и ясным правилам, она энергично поддерживала Дюрера во всех хозяйственных делах, заботилась о материальном благополучии дома, но устремления и идеалы мужа оставались ей чуждыми. Несомненно, ей было нелегко: даже находясь рядом, Дюрер жил своей собственной, непонятной для неё жизнью… Со временем она ожесточилась, сделалась чёрствой и скуповатой, и в их отношения вкралась явная неприязнь».

«Дюрер великолепный»: автопортрет из Прадо


Альбрехт Дюрер. Автопортрет
1498, 41×52 см. Масло, Дерево

Das malt ich nach meiner gestalt / Ich war sex und zwenzig Jor alt / Albrecht Dürer - «Это я писал с самого себя. Мне было 26 лет. Альбрехт Дюрер». Между двумя автопортретами — этим и предыдущим — прошло всего пять лет, и это были очень важные годы в биографии Дюрера. В эти пять лет Дюрер не только женился, но и прославился, не только возмужал, но и успел осознать себя большим художником, универсальной личностью, для которой стали тесны рамки родного города, так как теперь Дюреру нужен весь мир. В этом автопортрете из Прадо, в самом взгляде Дюрера, в его спокойной и уверенной позе и в том, как его руки опираются на парапет, ощущается особое, осознанное достоинство.

Дюрер к моменту написания автопортрета недавно вернулся из своего второго путешествия по Италии. На севере Европы он широко известен как великолепный гравёр, чей цикл «Апокалипсис», отпечатанный в типографии его крёстного Антона Кобергера, разошёлся огромными тиражами. В Италии, этой колыбели искусства, Дюрера злостно копируют, и он судится с производителями подделок, отстаивая своё честное имя, а еще доказывает сомневающимся итальянцам, что в живописи он так же великолепен, как и в гравюре, написав картину «Праздник чёток» (её историю мы подробно рассказываем здесь). Новый автопортрет — это своего рода декларация, что Дюрер больше не ремесленник (а в родном Нюрнберге художников всё еще продолжают считать представителями ремесленного сословия) — он художник, а значит, божий избранник.

Это уже самосознание не средневекового мастера, а ренессансного художника. Дюрер не без вызова изображает себя в итальянском наряде, изысканном и дорогом: его присборенная рубаха из белого шелка украшена у ворота золотистым шитьём, широкие черные полосы на шапочке с кистями рифмуются с чёрной контрастной отделкой одежды, коричневая накидка из тяжелой дорогой ткани удерживается на уровне ключиц продетым в люверсы плетёным шнуром. Дюрер обзавёлся щегольской бородкой, от которой, кажется, всё еще пахнет венецианскими духами, а его золотисто-рыжие волосы тщательно завиты, что вызывает у прагматичных соотечественников насмешки. В Нюрнберге жена или мать прятали такие его наряды в сундук: в качестве представителя ремесленного сословия, Дюрер, как пишут биографы, не имел права позволять себе столь вызывающую роскошь. И этим автопортретом он полемически заявляет: художник — не ремесленник, его положение в социальной иерархии гораздо выше. О том же вопиют его прекрасные лайковые перчатки тонкой выделки. «Белые перчатки, тоже привезенные из Италии, — пишет биограф Дюрера Станислав Зарницкий, — скрывают честные руки работника, покрытые ссадинами, порезами, пятнами въевшейся краски»). Его перчатки — символ его нового статуса. Дорогой костюм по венецианской моде и горный пейзаж за окном (дань уважения наставнику Джованни Беллини) — всё указывает на то, что Дюрер больше не согласен считает себя ремесленником-провинциалом, ограниченным условностями времени и пространства.

Автопортрет в одежде, отделанной мехом («Автопортрет в возрасте 28-ми лет»,
«Автопортрет в шубе»


Альбрехт Дюрер. Автопортрет
1500, 67×49 см. Масло, Дерево

Эту же тенденцию рассматривать художника не как простого ремесленника, а как универсальную личность, Дюрер доводит до логического предела в картине, которая впоследствии станет самым знаменитым из его автопортретов. Вот как его появление описывается биографическом романе «Дюрер» Станислава Зарницкого:

«Старый Дюрер, зайдя как-то в мастерскую сына, увидел картину, только что законченную им. Христа — так показалось золотых дел мастеру, зрение которого окончательно испортилось. Но, всмотревшись пристальнее, увидел он перед собою не Иисуса, а своего Альбрехта. На портрете был одет его сын в богатую меховую шубу. Зябко стягивала ее борта рука с бледными, беспомощными в своей худобе пальцами. Из мрачного фона, словно из небытия, выступало не просто лицо — лик святого. В глазах застыло неземное горе. Мелкими буковками сделана надпись: „Таким нарисовал себя я, Альбрехт Дюрер из Нюрнберга, в возрасте 28 лет вечными красками“».

Впервые Дюрер изображает себя не в трехчетвертном развороте, а строго фронтально — так не принято было писать светские портреты, только святых. Прозрачным «взглядом в вечность», красотой всего своего облика и жестом руки, подобным жесту благословения, он сознательно уподобляет себя Христу. Было ли это особой дерзостью со стороны художника — написать себя в образе Спасителя? Дюрер слыл ревностным христианином и был уверен, что уподобиться Христу для верующего — не только жизненное задание, но и долг. «Из-за христианской веры мы должны подвергаться обидам и опасностям», — говорил Дюрер.

Некоторые исследователи указывают, что картина написана в 1500-м году, когда человечество в очередной раз ожидало конца света, следовательно, этот автопортрет — своего рода духовное завещание Дюрера.

Автопортрет в образе мертвого Христа?


Альбрехт Дюрер. Мертвый Христос в терновом венце
1503

Мертвый Христос в терновом венцеРисунок Дюрера с запрокинутой головой мёртвого Иисуса некоторые небезосновательно считают автопортетом. Рассказывают, в «возрасте Христа» или около того Дюрер очень сильно заболел и был при смерти. Несколько дней его трясла лихорадка, Дюрер лежал измождённый, с пересохшими губами и запавшими глазами. В тот момент все думали, что набожный художник пошлёт за священником. Но он потребовал принести небольшое зеркало, поставил его себе на грудь и, едва-едва находя силы приподнимать голову, долго всматривался в своё отражение. Это напугало близких Дюрера: возможно, они подумали, что под влиянием болезни он помешался, ибо никому еще не приходило в голову на смертном одре любоваться собою в зеркале. Когда Дюрер поправился, на основании увиденного он сделал этот рисунок. В нижней трети листа мы видим большую монограмму художника — буквы, А и D одна над другой и год — 1503-й (Дюрер родился в 1471-м).

Автопортреты Альбрехта Дюрера, которые известны только на словах

До нас дошли два интереснейших упоминания утраченных автопортретов Дюрера. Оба принадлежат современникам художника. Первый — итальянец Джорджо Вазари, автор знаменитых «Жизнеописаний», а второй — немец, известный в Нюрнберге юрист Кристоф Шейрль, издавший в 1508-м году брошюру «Книжечка в похвалу Германии».

Оба на живых примерах говорят о виртуозности Дюрера, и потому их описания заслуживают внимания, хотя мы и не знаем, о каких именно автопортретах может идти речь.

Вазари рассказывает, как Дюрер, которого он называет «удивительнейший немецкий живописец и гравер на меди, выпускавший прекраснейшие оттиски», прислал своему младшему коллеге Рафаэлю «головной автопортрет, выполненный им гуашью на тончайшей ткани так, что его можно было рассматривать одинаково с обеих сторон, причем блики были без белил и прозрачными, а прочие светлые места изображения были нетронутыми с расчетом на просвечивающую ткань, будучи только едва подкрашены и тронуты цветной акварелью. Вещь эта показалась Рафаэлю поразительной, и потому он послал ему много листов с собственными рисунками, которыми Альбрехт особенно дорожил».

Случай, описываемый Шейрлем, кажется наивным курьёзом и повествует о Дюрере и его собаке:

«…Однажды, когда он написал при помощи зеркала свой собственный портрет и поставил еще свежую картину на солнце, его собачка, как раз бежавшая мимо, лизнула его, полагая, что она наскочила на своего господина (ибо только собаки, по свидетельству того же Плиния, знают свои имена и узнают своего господина, даже если он появляется совсем неожиданно). И я могу засвидетельствовать, что еще по сей день виднеется след от этого. Как часто, кроме того, пытались служанки стереть старательно написанную им паутину!»

Автопортреты-камео (Дюрер в многофигурных картинах в роли самого себя)

Выполняя автопортреты «соло», Дюрер был новатором. Но иногда он поступал и более традиционно, так, как делали многие из его предшественников и современников — вписывал собственный образ в многофигурные композиции. Поместить себя на алтарной створке или внутри густой толпы «молящихся и предстоящих» было для художников времени Дюрера распространенной практикой.


Альбрехт Дюрер. Праздник четок (Праздник розовых венков)
1506, 162×194.5 см. Масло, Дерево

В правом углу алтарной картины «Праздник четок», написанной по заказу немецкой общины в Венеции, художник изображает себя в пышном одеянии. В руках он держит свиток, где написано, что Альбрехт Дюрер завершил картину в пять месяцев, хотя на самом деле работа над ней продлилась не меньше восьми: Дюреру было важно доказать сомневающимся итальянцам, что в живописи он так же хорош, как и в гравюре.


Альбрехт Дюрер. Алтарь Иова (Алтарь Ябаха). Реконструкция
1504

Алтарь Ябаха (иногда его еще называют «Алтарь Иова»), вероятно, был заказан Дюреру курфюстом Саксонским Фридрихом III для замка в Виттенберге в ознаменование окончания эпидемии чумы 1503 года. Позднее алтарь приобрело кельнское семейство Ябах, до ХVIII века он находился в Кёльне, потом был разделён, а его центральная часть утрачена. Так выглядели ныне разрозненные внешние створки: на левой изображён многострадальный Иов и его жена, а на правой музыканты, которые пришли утешить Иова. Себя Дюрер изобразил в образе барабанщика. В реальности художник интересовался музыкой, пробовал играть на лютне, но есть в этом образе нечто еще более несомненно дюреровское — присущая ему экстравагантность в выборе одежды. Дюрер-барабанщик изображает себя в черной чалме и необычной по крою короткой оранжевой накидке.

Предполагаемые автопортреты Дюрера можно обнаружить в его работах «Мучения десяти тысяч христиан», «Алтарь Геллера» и «Поклонение Троице».


Альбрехт Дюрер. Мученичество десяти тысяч христиан
1508, 99×87 см


Альбрехт Дюрер. Алтарь Геллера (Алтарь Вознесения Марии). Реконструкция
1500-е , 190×260 см • Масло, Темпера, Дерево


Альбрехт Дюрер. Поклонение Святой Троице (Алтарь Ландауэра)
1511, 135×123 см

А вот фрагменты приведенных выше работ с автопортретами Дюрера:

Дюрер обнажённый


Альбрехт Дюрер. Автопортрет в обнаженном виде
1509, 29×15 см. Тушь, Бумага

Немецкий филолог и историк XVI века Иоахим Камерарий Старший для издания книги Дюрера о пропорциях написал очерк жизни и творчества художника. Внешность Дюрера в нём Камерарий описывал так: «Природа наделила его телом, выдающимся своей стройностью и осанкой и вполне соответствующим в нём благородному духу… Он имел выразительное лицо, сверкающие глаза, нос благородной формы,…довольно длинную шею, очень широкую грудь, подтянутый живот, мускулистые бедра, крепкие и стройные голени. Но ты бы сказал, что не видел ничего более изящного, чем его пальцы. Речь его была столь сладостна и остроумна, что ничто так не огорчало его слушателей, как её окончание».

То, с какой откровенностью Дюрер изображает не чью-нибудь, а собственную наготу, вплоть до ХХ века и аналогичных опытов Люсьена Фрейда, оставалось чем-то беспрецедентным и настолько шокирующим, что во многих изданиях этот поколенный автопортрет Дюрера стыдливо обрезался на уровне пояса.

Однако нужно понимать, что в стратегии Дюрера не входило кого-либо шокировать. Скорее им двигал всё тот же ренессансный интерес естествоиспытателя, который в 13-летнем возрасте заставил будущего художника заинтересоваться собственным лицом и немедленно проверить, сможет ли он «удвоить природу», запечатлев то, что видит, в рисунке. К тому же в Германии времени Дюрера изображение обнажённого тела с натуры представляло серьёзную проблему: в отличие от Италии, где найти натурщиков обоего пола не составляло особого труда и не стоило слишком дорого, у немцев не принято было позировать художникам обнажёнными. И сам Дюрер немало сетовал на то, что вынужден учиться рисовать человеческое тело по произведениям итальянцев (Андреа Мантеньи и других), а Вазари в жизнеописании Маркантонио даже допускает в отношении дюреровского умения изображать обнажённое тело такой вот снисходительно-едкий пассаж:

«…я готов поверить, что Альбрехт, пожалуй, и не сумел бы сделать лучшего, так как, не имея другой возможности, он был вынужден, изображая обнаженное тело, срисовывать своих же учеников, у которых наверняка, как у большинства немцев, были безобразные тела, хотя одетыми люди этих стран и кажутся очень красивыми».

Если даже с возмущением отвергнуть выпад Вазари насчет безобразия немецких фигур, естественно предположить, что, будучи от природы обладателем прекрасных пропорций, Дюрер активно использовал собственное тело для своих художественных и антропометрических штудий. Вопросы строения человеческого тела и соотношения его частей со временем стали в творчестве и мировоззрении Дюрера одними из главных.


Альбрехт Дюрер. Мужская купальня

В гравюре «Мужская баня» Дюрер находит «легальный» и удачный повод для изображения обнажённой натуры, никоим образом не оскорбляющий общественной нравственности и предупреждающий упрёки со стороны консерваторов или ханжей. Бани — особая гордость немецких городов. Они, как и римские термы, служат местом дружеских встреч и содержательных бесед. Но веди в бане-то никто не находится одетым! На переднем плане гравюры Дюрер изображает своего наставника Михаэля Вольгемута и ближайшего друга Виллибальда Пиркгеймера. Есть здесь и автопортрет Дюрера: его мускулистое тело достаётся флейтисту со второго плана.

Автопортреты Дюрера как «мужа скорбей»


Альбрехт Дюрер. Муж скорбей (Автопортрет)
1522, 40.8×29 см. Карандаш, Бумага

«Я сам нашел у себя седой волос, он вырос у меня от бедности и оттого, что я столько страдаю. Мне кажется, я рожден для того, чтобы иметь неприятности». Приведённые слова — цитата из письма Дюрера другу и, быть может, самое интимное выражение того, что он думает о собственной жизни.

Этот поздний автопортрет парадоксально соединяет две установки более ранних автопортретов: использовать свое обнажённое тело в качестве натуры и определённым образом отождествлять себя с Христом. Рисуя своё уже немолодое тело и тронутое старением лицо, фиксируя, как мышцы и кожа постепенно становятся дряблыми, образуя складки кожи там, где их не было еще вчера, фиксируя происходящие изменения с трезвой объективностью, Дюрер одновременно оформляет этот автопортрет в соответствии с иконографическим типом «мужа скорбей». Этим определением, идущим еще из ветхозаветной «Книги Исайи», обозначали мучимого Христа — в терновом венце, полураздетого, избитого, оплёванного, с кровавой раной под рёбрами (1, 2).


Альбрехт Дюрер. Автопортрет
1521

А этот автопортерт — не картина и не гравюра, а визуализация диагноза из письма, написанного Дюрером доктору, у которого хотел получить консультацию. Вверху сделано пояснение: «Там, где жёлтое пятно и куда указывает мой палец, там у меня болит».

Бедность, болезни, тяжбы с заказчиками и арест любимых учеников, обвинённых в безбожии, отказ властей Нюрнберга выплачивать художнику ежегодное содержание, назначенное покойным императором Максимилианом, отсутствие понимания в семье — последние годы Дюрера были нелегки и исполнены печали. Предприняв далёкое путешествие, чтобы увидеть выбросившегося на берег кита, 50-летний Дюрер заболеет малярией, от последствий которой не сможет оправиться до смерти. Тяжёлая болезнь (возможно, опухоль поджелудочной железы) привела к тому, что, по словам Виллибальда Пиркгеймера, Дюрер высох, «как пучок соломы». А когда его похоронят (без особых почестей — нюрнбергский ремесленник не имел на них права), спохватившиеся неразумные почитатели гения настоят на эксгумации, чтобы снять с него посмертную маску. А его знаменитые волнистые локоны срежут и разберут на память. Как будто памяти о нём нужны эти подпорки из его смертной плоти, в то время как Дюрер оставил бессмертные свидетельства о себе — гравюры, картины, книги, наконец, автопортреты.

Автор Анна Вчерашняя
Источник - Артхив


Молящихся рук Альбрехта Дюрера

Когда Дюреру было за двадцать, ему удалось завоевать репутацию и влияние в Европе. Это произошло из-за прекрасных гравюр на дереве, которые он создал. Из художников, которые последовали за ним, Дюрер был источником вдохновения для многих, особенно когда дело доходит до гравюры. Его карьера продлилась более 40 лет, и за это время Дюрер написал большое количество работ. Сюда также входят гравюры, которыми он наиболее известен.Одна из многих хорошо известных работ, приписываемых Альбрехту Дюреру, - это «Руки молящегося», рисунок тушью и карандашом, сделанный в 1508 году. Этот рисунок является одним из ряда набросков, которые Дюрер сделал для подготовки алтаря, по крайней мере, так первоначально считалось.

Спор о предполагаемой цели молящихся рук Дюрера

Первоначальный вывод, который был принят на протяжении многих веков, заключался в том, что художник Дюрер завершил этот рисунок в качестве подготовительного исследования для своего алтаря Геллера, но в последние годы эта теория была поставлена ​​под сомнение.Новое мнение, сформированное на основе обширных исследований, состоит в том, что это было частью кампании художника по продвижению своих технических талантов среди потенциальных женихов. Детали, представленные на этом рисунке, необычайны, и, возможно, можно поверить в эту новую теорию, что художник, возможно, не будет уделять так много времени чему-то, что считается относительно второстепенным по отношению к его основной цели. Главный куратор Венской Альбертины Кристоф Мецгер и создатели исключительной выставки Дюрера 2019-2020 годов выдвинули это новое академическое мнение.

Кристоф Мецгер также считает, что более чем вероятно, что художник использовал свои руки в качестве образца для этого рисунка. Хотя алтарь, который, как многие считали, был подготовленным эскизом для исследования, больше не существует в результате уничтожения во время пожара, копия, выполненная Джобстом Харрихом в 17 веке, все еще существует. И эта копия, и оригинал эскиза «Руки молящегося» находятся в музее Альбертина в Вене, Австрия.Хрупкая природа шедевра Дюрера означает, что копии могут быть выставлены только на постоянной основе, чтобы полностью сохранить это исторически значимое произведение искусства. В 1508 году Дюрер не знал бы, что на защиту этого произведения искусства в последующие века было вложено столько усилий.

Споры о роли этого произведения искусства восходят к 19 веку, когда возникло общее мнение, что этот рисунок был специально нацелен на подготовку к созданию изображения апостола в правой нижней части алтаря Хеллера, который сам был завершен. в 1509 г.Только в 2013 году крупные выставки все еще демонстрировали тот же самый вид во Франкфуртском музее Штеделя, а также в Национальной художественной галерее в Вашингтоне, округ Колумбия, США. Возможно, со временем это станет основным направлением мысли, но на данный момент оно уступило место хорошо изученному мнению Кристофа Мецгера. История искусства полна этих меняющихся мнений, хотя трудно найти новое исследование произведений искусства, которые были созданы много веков назад. Точные комментарии Мецгера приведены в нашем разделе цитат Дюрера.

Метцергер более подробно рассказал о том, почему, по его мнению, это произведение искусства было больше, чем просто этюд. Он указывает на метод саморекламы художника, когда он приглашал потенциальных жертвователей в свою студию и хвастался лучшими своими работами, чтобы получить новые заказы. Кроме того, законченный алтарь никогда не потребовал бы такого уровня детализации, и поэтому для художника не имело бы смысла тратить так много времени на рисунок «Руки молящегося», если бы он действительно не преследовал более высокую цель.Его исследование также направлено на продвижение теории о том, что на этом изображении были найдены его руки художника, что никогда не было ни подтверждено, ни опровергнуто. Он упоминает автопортреты, на которых руки художника примерно соответствуют найденным здесь.

Краткий обзор карьеры Альбрехта Дюрера

Альбрехт Дюрер, известный как Леонардо Севера, был известным художником немецкого движения Северного Возрождения.Он родился в Нюрнберге в 1471 году и был художником, гравером и теоретиком. На эскизе, который мы находим здесь, изображена рука апостола, которой суждено было сформировать центральную панель трехпанельного алтаря. На рисунке изображены руки молящегося мужчины. Вы не видите тела мужчины на фотографии. Однако вы видите сложенные рукава мужчины. Изображение рук встречается и в некоторых других работах Дюрера. Когда дело касается модели для эскиза, есть много историй. Одна история состоит в том, что Дюрер использовал руки своего брата для наброска.Однако есть доказательства того, что эта история правдива.

Если говорить о немецких художниках эпохи Возрождения, Дюрер - одна из ведущих фигур того времени. Его наследие состоит в том, что он не только известен своими гравюрами, но и считается одним из первых художников-акварелистов в Европе. В его многочисленных работах часто встречаются классические мотивы. Дюрер также написал ряд книг, в которых написал о том, как его богословские убеждения вдохновляли его.Помимо «Руки молящегося», среди других знаменитых произведений Дюрера «Меленколия», «Святой Иероним в своем кабинете», а также «Рыцарь, смерть и дьявол».

Влияние молящихся рук Дюрера на современную культуру

Несмотря на то, что образу «Руки молящегося» Дюрера более 500 лет, он все еще встречается в современной культуре в самых разных формах. Примеры использования изображения молящихся рук:

В 2011 году студент из Афин разместил граффити на стене десятиэтажного здания в центре города по рисунку Дюрера.Фреска отличается от оригинала тем, что руки на здании перевёрнуты. В обложке трека «6 God» из альбома Дрейка «Если ты читаешь это слишком поздно» используется версия оригинального рисунка. Изображение Руки молящегося - это то, где поиск в Интернете даст значительное количество результатов.

Изображение молящихся рук Альбрехта Дюрера в высоком разрешении. Рисунок

  • О проекте: Одна из многих известных работ, приписываемых Альбрехту Дюреру, - это руки молящегося, рисунок тушью и карандашом, сделанный в 1508 году.Этот рисунок является одним из множества рисунков, которые Дюрер создал для подготовки алтаря.
  • Картина: Молящиеся руки
  • Автор: Альбрехт Дюрер
  • Расположение: Альбертина, Вена
  • Создано: 1508
  • Материал: бумага, чернила
  • Период: Северное Возрождение
.

Молящихся рук Альбрехта Дюрера

Руки молящегося
Художник Альбрехт Дюрер
Год г. 1508
Среднее Рисунок
Расположение Альбертина, Вена
Размеры 11,5 дюйма × 7,8 дюйма
29,1 см × 19.7 см

Руки молящегося Альбрехта Дюрера - знаменитый рисунок тушью и карандашом, созданный в начале 14 века. Рисунок выполнен на бумаге синего цвета, которую сделал сам художник. «Молящиеся руки» - часть серии эскизов, которые Дюрер нарисовал для алтаря. На рисунке справа показаны руки молящегося человека, тело которого находится вне поля зрения. Рукава мужчины сложены и заметны на картине. Бумага сделана самим художником и изображает голубые и зеленые тона. Руки молящегося - это набросок.

Где Руки молящегося ?

Руки молящегося был частью картины, на создание которой у Дюрера ушло больше года. Он должен был стать частью произведения под названием Heller Alter. Хотя оригинальная работа была потеряна в результате пожара в 18 веке, точная копия картины, написанной Йобстом Харрихом, остается в музее Альбертина в Вене.

Происхождение

Работа была первоначально запрошена Якобом Хеллером и названа в его честь.Хотя есть много слухов и историй о том, что Дюрер использовал руки своего брата в качестве ориентира и что руки этого человека страдали от какого-то недуга, гораздо более вероятно, что Дюрер смоделировал руки по образцу своих собственных. Такие же руки можно увидеть и в некоторых других его работах.

Дюрер - один из самых известных немецких художников эпохи Возрождения, прославившийся еще при жизни. Он до сих пор считается одной из самых влиятельных фигур своего времени. Он был художником-акварелистом-пейзажистом и продвигал искусство гравюры на дереве.Работы Дюрера часто включали классические мотивы, и он много писал о том, что вдохновлялся своими богословскими убеждениями. Некоторые из его других хорошо известных работ: Melencolia , Saint Jerome in His Study и Knight , Death and The Devil .

.

Альбрехт Дрер и руки молящегося

Альбрехт Дрер
1471 - 1528
Автопортрет Дрера в возрасте 28 лет
(сейчас в собраниях Старой пинакотеки Мюнхена)

Наиболее часто воспроизводимая и широко известная работа немецкого художника Альбрехта Дрера - это серо-белый рисунок кисти на бумаге с синей грунтовкой под названием «Руки апостола», широко известный как «Руки молящегося».

Этот эскиз 1508 года был предварительным этюдом для алтаря, заказанного Якобом Хеллером (1460-1522), богатым купцом, членом городского совета и мэром Франкфурта.

Дрер детально закончил набросок, чтобы в точности скопировать его в финальной росписи алтаря. Только центральное панно с изображением Успения и коронации Богородицы выполнено самим Дрером. Дрер 13 месяцев работал над финальной картиной, решив сделать ее такой звуковой и красивой, «чтобы она оставалась яркой и свежей в течение пятисот лет».

К сожалению, центральная панель запрестольного образа была продана столетием спустя доминиканцами герцогу Баварскому Максимилиану и в 1729 году была уничтожена пожаром.Сохранилась копия алтаря Геллера 1614 года, выполненная Йобстом Харрихом из Нюрнберга (ок. 1580–1617). Сохранились также предварительные наброски, которые Дрер подготовил для финальной картины.
См. Http://www.kfki.hu/~arthp/html/d/durer/1/06/7heller.html

Альбрехт Дрер родился 21 мая 1471 года, старший сын и третий из восемнадцати детей, в семье Альбрехта Дрера Старшего, ювелира-иммигранта из Венгрии, и Барбары Холпер, дочери нанимателя Дрера Старшего, в имперском вольном городе Нюрнберг.Его отец трудился, чтобы поддержать свою большую семью, хотя только три из его восемнадцать детей дожили до зрелого возраста .. Он был честный человек, который стал официальным пробирщик драгоценных металлов для Нюрнберга.

Младший Альбрехт был учеником в юном возрасте в ювелирной мастерской своего отца и получил образование слесаря. Но его настоящим желанием было стать художником. Он применял к своим гравюрам и гравюрам те же скрупулезные и требовательные методы, которые необходимы при тонкой работе с металлом.

Признавая таланты своего сына, отец в 1486 году отправил Альбрехта в пятнадцать лет учеником в мастерскую нюрнбергского художника Михаэля Вольгемута, художника с выдающейся репутацией во всей Франконии и человека, оказавшего сильное влияние в книжном дизайне и иллюстрации.Дрер оставался с ним три года. Здесь Альбрехт получил базовую подготовку по смешиванию красок и чернил, подготовке панно и составлению крупномасштабных работ.

Именно здесь Дюрер впервые познакомился с коммерческим книжным делом. Вольгенмут и Стивен Вильгельм Плейденвурфф были в разгаре сотрудничества с типографом Антоном Кольбегером, крестным отцом Альбрехта, над созданием «Хроник мира» Хартмана Шеделя.

Эта рукопись состояла из сотен иллюстраций, выполненных методом гравюры на дереве.Вольгемут был первым немецким художником, который создал гравюры на дереве в качестве иллюстраций к недавно появившемуся искусству печатной книги. Вместе с Вольгемутом Дрер получил возможность объединить мастерство ювелира гравюры с художественной гравировкой ксилографии. Его навыки гравюры на дереве все еще можно оценить и купить сегодня, оттиски сделаны с его оригинальных гравюр на дереве 500 лет спустя.

Технологические инновации новой технологии печати, изобретение подвижного шрифта Иоганном Гутенбургом (1398-1468) из Майнца, разработка дешевого метода производства бумаги и усовершенствование печатной машины сделали возможным начало информационной эры. массовой коммуникации и грамотности.

Завершив свое ученичество, Дрер проработал два года подмастерьем, путешествуя какое-то время с другими выдающимися мастерами Германии, обучаясь какое-то время у Матиаса Грюневальда.

Альбрехт познакомился с Эрхардом Рейвичем, первым художником, который также был издателем. В работах Ройвича Альбрехт нашел признание природы исследованиями, а также осознание уникальной полезности иллюстрированной книги. Реувич, который ненадолго пробыл в Венеции, научился линейной перспективе у итальянских художников.Альбрехт, понимая, что он может научиться важным художественным приемам у итальянцев, планировал поехать в Венецию, но отец позвал его домой, чтобы сначала жениться.

В браке по расчету Дрер женился на Агнес Фрей в 1494 году, которая принесла им приданое в размере 200 флоринов. Похоже, что этот матч был полностью коммерческой сделкой между отцом Альбрехта и Хансом Фреем, мастером, работавшим с латуни и чеканной меди. По всей видимости, между Агнес и Альбрехтом не было романтических отношений, хотя, казалось, у них сложились приятные отношения.Детей у них не было.

Вскоре после женитьбы Альбрехт отправился в Венецию, чтобы учиться у художников итальянского Возрождения. Он впервые познакомился с классическим искусством и начал изучать теории пропорции и перспективы.

В своих художественных исследованиях Дрера вдохновляли два лидера Нюрнберга, стремившиеся принести идеалы итальянского Возрождения в Германию - Виллибальд Пиркхаймер и Конрад Селтис. Все интересовались древней классикой и новыми научными знаниями.

Дрер вернулся в Нюрнберг в 1495 году, открыл магазин и начал пополнять запас гравюр и гравюр на дереве для продажи. Хотя Дрер был художником, который мог работать в различных средах, он понимал, что гравюры на дереве и гравюры делают искусство доступным для самой широкой публики.

Дрер нанял агента, который мог продавать его гравюры на ярмарках и рынках Европы. В отличие от многих художников того времени, Дрер не зависел от покровителей, заказывающих определенные работы, но мог свободно создавать произведения искусства по своему выбору для продажи публике.

Самая ранняя крупная работа Дрера, «Апокалипсис», представляла собой серию крупных гравюр, иллюстрирующих книгу Откровение, с Писанием на обратной стороне. Для изготовления этих Дреров использовались большие блоки из твердой древесины, обрезанные до размера целых страниц бумаги, в несколько раз больше, чем блоки, которые использовались тогда. Большие иллюстрации Дрера были подробными и полными энергии. Его Четыре всадника Апокалипсиса никогда не были превзойдены.

После Апокалипсиса Дрер написал «Жизнь Марии» и большую и малую серию о Страстях Христовых.Эти иллюстрации предназначались для учителей и священнослужителей, но в дни, предшествовавшие распространению грамотности, они также могли быть важными религиозными инструментами для христианских мирян.

Дрер считал, что искусство уходит корнями в природу, и его работы уделяли большое внимание деталям и реалистичности. Он признал, что его художественный талант был подарком от Бога, и он установил для себя высокие художественные стандарты, чтобы его работа могла наиболее прославить его Создателя. Дрер написал множество портретов известных людей своего времени, в том числе гуманиста Эразма и императора Максимилиана I.Одним из первых его портретов был Фридрих Мудрый, курфюрст Саксонии. Фридрих основал Виттенбергский университет, чтобы поощрять христианское классическое образование.

Мартин Лютер стал профессором богословия в университете, а Альбрехт Дрер попал под влияние Лютера. Дрер и несколько его друзей из городского совета Нюрнберга начали посещать службы в церкви августинцев. Несколько раз Иоганн фон Штаупиц, генеральный викарий Немецкой Конгрегации августинцев и наставник Лютера, читал серию проповедей в церкви.Дрер и его товарищи были глубоко тронуты, как и Лютер, тем, что Штаупиц делал упор на страсти Христа как на единственный ключ к прощению грехов.

Когда Дрер вернулся в Нюрнберг, он посвятил почти все свои работы библейским сюжетам. В 1525 году Нюрнберг стал протестантским городом. В следующем году Дрер подарил городскому совету Нюрнберга четырех святых - св. Иоанн, Питер, Марк и Пол. Под картиной Дрер написал: «Все мирские правители в эти опасные времена должны внимательно следить за тем, чтобы они не принимали человеческое заблуждение в пользу Слова Божьего, потому что Бог не хочет ничего добавлять к Его Слову или отнимать от него.Послушайте этих четырех превосходных мужей: Петра, Иоанна, Павла и Марка и их предостережения ».

Альбрехт Дрер умер в Нюрнберге 6 апреля 1528 года, всего за месяц до своего 57-го года жизни. Трактат о пропорции, его последний шедевр, издавался через его собственную компанию, работавшую с 1525 года и находившуюся на стадии доказательства на момент его смерти.

Этот трактат Unterweisung der Messung mit dem Zirkel und Richtscheit является первой книгой по математике, опубликованной на немецком языке (если не принимать во внимание более раннюю коммерческую книгу по арифметике), и ставит Дрера как одного из самых важных математиков эпохи Возрождения.Источниками Дрера для этой работы были три основных источника; (i) практические рецепты мастеров, (ii) классическая математика на основе печатных работ и рукописей, и (iii) руководства итальянских художников.

Первая из четырех книг описывает построение большого количества кривых, включая Спираль Архимеда, Равноугольную или Логарифмическую Спираль, Конхоиду, Кривые Оболочки Дрера, «muschellini», Эпициклоиду, Эпитрохоиду, Гипоциклоиду, Hypotrochoid и Limaon of Pascal, хотя, конечно, Дрер не использовал это имя.

Во второй книге он дал точные и приближенные методы построения правильных многоугольников. Обсуждается построение Дрером правильных многоугольников с 5, 7, 9, 11 и 13 сторонами. В этой книге Дрер также дал приблизительные методы возведения круга в квадрат с помощью линейки и циркуля. Также дается метод получения хорошего приближения к трисектрисе угла с помощью евклидовой конструкции.

В третьей книге рассматриваются пирамиды, цилиндры и другие твердые тела. Во второй части книги изучаются солнечные часы и другие астрономические инструменты.В последней книге изучаются пять Платоновых тел, а также полурегулярные архимедовы тела. Также в этой книге представлена ​​теория теней Дрера и введение в теорию перспективы.

Начертательная геометрия возникла у Дрера в этой работе, хотя в более поздних работах Монжа она была положена на прочную математическую основу. Одним из методов решения проблем проекции и описания движения тел в пространстве является начертательная геометрия. Замечательное достижение Дрера заключалось в том, что, применив математику к искусству, он развил такие принципиально новые и важные идеи внутри самой математики.

Эта гравюра на медной пластине, «Св. Иероним в своем кабинете», хорошо иллюстрирует мастерство Дрера и его понимание предмета проекции и пропорции.

Когда Мартин Лютер услышал о его смерти, он написал: «Естественно и справедливо плакать о таком прекрасном человеке ... и все же вы должны считать его благословенным, как того, кого Христос принял во всей полноте своей мудрости и через счастливая смерть в эти самые тревожные времена и, может быть, в грядущие времена даже более тревожные, чтобы тот, кто достоин смотреть только на превосходство, не был вынужден созерцать самые гнусные вещи.Да упокоится он с миром. Аминь."

Ссылка на многие картины и гравюры Дрера »

Ниже представлена ​​широко распространенная удивительно трогательная история о Молящихся Руках Дрера. В нем рассказывается о том, как Дрер делал свое творение в знак признательности брату, который пошел работать в шахты, чтобы поддержать образование Альбрехта. Там его руки были деформированы. У этой истории нет достоверного источника. Похоже, это относительно современное произведение мифов и вымысла.

Руки молящегося

Еще в пятнадцатом веке в крохотной деревушке недалеко от Нюрнберга жила семья с восемнадцатью детьми.Восемнадцать! Чтобы просто сохранить еду на столе для этой толпы, отец и глава семьи, ювелир по профессии, работал почти восемнадцать часов в день над своим ремеслом и любой другой оплачиваемой работой, которую он мог найти по соседству.

Несмотря на, казалось бы, безнадежное состояние, двоим детям Альбрехта Дрера Старшего приснилась мечта. Они оба хотели развить свой талант к искусству, но прекрасно понимали, что их отец никогда не сможет отправить кого-либо из них в Нюрнберг для обучения в Академии.После долгих ночных дискуссий в переполненной постели мальчики наконец-то заключили договор. Они подбросят монетку. Проигравший спускался в соседние шахты и на свои заработки поддерживал брата, пока тот посещал академию. Затем, когда тот брат, который выиграл жеребьевку, завершит учебу, через четыре года он поддержит другого брата в академии либо продажей его произведений искусства, либо, если необходимо, также работой на шахтах.

Воскресным утром после церкви они подбросили монетку.Альбрехт Дрер выиграл жеребьевку и уехал в Нюрнберг. Альберт спустился в опасные шахты и в течение следующих четырех лет финансировал своего брата, работа которого в академии была почти немедленной сенсацией. Офорты, гравюры на дереве и масло Альбрехта были намного лучше, чем у большинства его профессоров, и к тому времени, когда он закончил учебу, он начал зарабатывать значительные гонорары за свои заказные работы.

Когда молодой художник вернулся в свою деревню, семья Дреров устроила праздничный ужин на лужайке, чтобы отметить триумфальное возвращение Альбрехта на родину.После долгой и запоминающейся трапезы, перемежающейся музыкой и смехом, Альбрехт поднялся со своего почетного места во главе стола, чтобы выпить тост за своего любимого брата за годы жертв, которые позволили Альбрехту осуществить его амбиции. Его заключительными словами были: «А теперь, Альберт, мой благословенный брат, теперь твоя очередь. Теперь ты можешь отправиться в Нюрнберг, чтобы осуществить свою мечту, и я позабочусь о тебе».

Все головы в нетерпеливом ожидании повернулись к дальнему концу стола, где сидел Альберт, слезы текли по его бледному лицу, качая опущенной головой из стороны в сторону, в то время как он рыдал и повторял, снова и снова: «Нет...нет нет нет."

Наконец Альберт встал и вытер слезы со щек. Он взглянул через длинный стол на лица, которые любил, а затем, прижав руки к правой щеке, мягко сказал: «Нет, брат. Я не могу поехать в Нюрнберг. Для меня уже слишком поздно. Послушай ... Посмотри, что четыре года в шахтах сделали с моими руками! Кости на каждом пальце были сломаны по крайней мере однажды, а в последнее время я так сильно страдаю артритом правой руки, что не могу даже держать стакан, чтобы вернуть тебе тост и уж тем более делать тонкие линии на пергаменте или холсте ручкой или кистью.Нет, брат ... для меня уже слишком поздно ".

Прошло более 450 лет. К настоящему времени сотни мастерских портретов Альбрехта Дрера, эскизы пером и серебряным острием, акварели, уголь, ксилография и гравюры на меди висят во всех великих музеях мира, но велика вероятность, что вы, как и большинство людей, знакомы с ними. только одна из работ Альбрехта Дрера. Больше, чем просто знакомство с ним, вполне возможно, что у вас дома или в офисе висит его репродукция.

Однажды, отдавая дань уважения Альберту за все, чем он пожертвовал, Альбрехт Дрер кропотливо сложил измученные руки своего брата, сложив ладони вместе и тонкие пальцы протянуты к небу.Он назвал свой мощный рисунок просто «Руки», но весь мир почти сразу открыл свои сердца для его великого шедевра и переименовал его дань любви в «Молящиеся руки».

В следующий раз, когда вы увидите копию «Руки молящегося», взгляните еще раз. Пусть это будет вашим напоминанием, если он вам все еще нужен, , что никто - никто - никогда не сделает это в одиночку!

~ Источник неизвестен ~ Примечание редакции: источник: Книга Ог Мандино «Лучший способ жить»

Несмотря на то, что эта история является выдумкой, я надеюсь, что цель истории будет оценена, правда она или нет.


Magnus Es Tu Domine
, автор Josquin Desprez
(c. 1440-1521)
Любимый композитор Мартина Лютера .Альбрехт Дюрер.

Руки Молитвы (Руки Апостола): История, анализ и факты

«Руки молитвы» - один из самых известных рисунков всех времен.
Главный хранитель венской Альбертины Кристоф Мецгер утверждает, что уступает по популярности только «Витрувианскому человеку» (ок. 1490) Леонардо да Винчи.

После более чем пятивековой репродукции работы Дюрера по-прежнему украшают дома миллионов людей - как религиозные иконы. В то же время сам Альбрехт Дюрер написал известное произведение для рекламы, утверждает Мецгер.И это законченная работа, а не подготовительный рисунок, и на ней руки самого художника.

С XIX века считалось, что руки были предварительным этюдом для фигуры апостола в правом нижнем углу центральной панели алтаря Геллера (завершена в 1509 году). Он назван в честь заказавшего его франкфуртского купца.
Первоначальная доска была уничтожена пожаром в 1729 году, но сохранилась хорошая копия, сделанная Джобстом Харриком и теперь находящаяся в Историческом музее во Франкфурте.
Мецгер утверждает, что ученые ошибаются: почему Дюрер сделал отдельный подробный рисунок только для того, чтобы уменьшить его до крошечной детали на расписном алтаре? «Работа представляет собой чудо наблюдения, и она слишком амбициозна, чтобы быть лишь предварительным наброском», - говорит он. «Дюрер создал этот« мастер-рисунок », чтобы показать посетителям своей мастерской образец таланта, дарованного Богом».
По словам Мецгера, «Руки молитвы» и несколько других рисунков были созданы «для рекламы» и показывались потенциальным покупателям, чтобы они понимали, с каким качеством заказы может выполнить художник.

Хранитель Альбертины также считает, что на рисунке изображены руки самого Дюрера. «Очень тонкие пальцы и ладони похожи на те, что мы видим на автопортрете 1500 года из Мюнхенской пинакотеки. На изображении мизинца частично скрытой руки слева кажется, что суставы согнуты или сжаты, как показано на других автопортретах, таких как рисунок 1498 года из Метрополитен-музея », - сказал Кристоф Метцгер.

Влад Маслов (Артхив), по материалам The Art Newspaper

PS В Интернете циркулирует совершенно выдуманный сентиментальный рассказ, что, скажем, Дюрер изобразил руки своего брата.Читайте материал Оксаны Санжаровой в Артхиве: Арт-фейк с разоблачением. Руки «брата Дюрера», карьеры и бедная семья

.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Back To Top