Разное

Бог расшифровка тюремная: Аббревиатуры в русской криминальной татуировке (список) – Онлайн-журнал о тату

Содержание

Аббревиатуры в русской криминальной татуировке (список) – Онлайн-журнал о тату

Тюремные татуировки в виде аббревиатур или отдельных букв несут определённую смысловую нагрузку, характерную для исправительных учреждений. В толковании многих из них присутствует жаргонная брань и нецензурные выражения.

Большинство татуировок-аббревиатур являются общепринятыми сокращениями, однако, бывает, что некоторые из них, особые, известны лишь ограниченному числу людей. Татуировки-аббревиатуры могут наноситься на любую часть тела и содержать фразы любого характера: девизы, угрозы, клятвы, признания в любви и т.д.

Аббревиатуры в русской криминальной татуировке (список)

АЛЕНКА – а любить её надо, как ангела.

АЛЛЮР – анархию люблю любовью юной – радостно.

АМУР-ТНМН – ангел мой ушел рано – так начались мои несчастья.

БАРС – бей актив, режь сук.

БЕРЛИН – буду ее ревновать, любить и ненавидеть.

БЖСР! – бей жидов, спасай Россию!

БОГ – был осужден государством; буду опять грабить; бог отпустит грехи; будь осторожен, грабитель.

БОГИНЯ – буду одной гордиться и наслаждаться я.

БОСС – был осужден советским судом.

БОТН – буду отныне твоя навеки.

ВИМБЛ – вернись, и мне будет легче.

ВИНО – вернись и навсегда останься.

ВОЛК – вот она, любовь, какая; вору отдышка – легавым крышка.

ВОР – вождь Октябрьской революции.

ВОРОН – вор – он рожден одной ненавистью.

ВУЗ – вечный узник зоны.

ГОРЕ – Господь обездолил рабыню Еву.

ГОРН – государство обрекло в рабы навеки.

ГОТТ – горжусь одним тобой только.

ДЖОН – дома ждут одни несчастья.

ДМНТП – для меня нет тебя прекрасней.

ДНО – дайте немного отдохнуть.

ЕЛКА – его (ее) ласки кажутся ароматом.

ЖИРСПК – жиды из русских сделали подопытных кроликов.

ЖНССС – жизнь научит смеяться сквозь слезы.

ЖУК – желаю удачных краж; жизнь украли коммунисты.

ЗЕК – здесь есть конвой.

ЗЛО – за все легавым отомщу; зэк любит отдыхать.

ИРА – иду резать актив.

ИРКА-ЕНТР – и разлука кажется адом – если нет тебя рядом.

КАТ – каторжник.

КЛЕН – клянусь любить его (ее) навек.

КЛОТ – клянусь любить одного (одну) тебя.

КОТ – коренной обитатель тюрьмы.

КРЕСТ – как разлюбить, если сердце тоскует?

КУБА – когда уходишь – боль адская.

ЛБЖ – люблю больше жизни.

ЛЕБЕДИ – любить его (ее) буду, если даже изменит.

ЛЕВ – люблю его (ее) вечно.

ЛИМОН – любить и мучиться одному (одной) надоело.

ЛИС – любовь и смерть.

ЛИСТ – люблю и сильно тоскую.

ЛОМ – люби одного (одну) меня.

ЛОРА – любовь обошла раба-арестанта.

ЛОРД – легавым отомстят родные дети.

ЛОТ – люблю одного (одну) тебя.

ЛОТОС – люблю одного (одну) тебя очень сильно.

ЛСД – любовь стоит дорого.

ЛТВ – люби, товарищ, волю.

ЛУЧ – любимый ушел человек.

МОЛЧУ – моя одержимая любовь и чувства умерли.

МИР – меня исправит расстрел.

НЕБО – не грусти, если будешь одна (один).

НКВД – нет крепче воровской дружбы.

ОСМН – останься со мной навсегда.

ПИЛОТ – помню и люблю одного (одну) тебя.

ПИПЛ – первая и последняя любовь.

РИТМ – радость и тоска моя.

РОСТ – рано остался сиротой тирана.

РУБИН – разлука близка и неизбежна.

САПЕР – счастлив арестант после его расстрела.

САТУРН – слышишь, а тебя уже разлюбить невозможно.

СВАТ – свобода вернется, а ты?

СЕНТЯБРЬ – скажи, если нужно, то я буду рядом.

СЛИВА – смерть легавым и всему активу.

СЭР – свобода – это рай.

ТМЖ – тюрьма мешает жить.

ТУЗ – тюрьма учит закону; тюремный узник.

УСОРВ – умрет стукач от руки вора.

УТРО – ушел тропою родного отца.

ЦМОС – цель мою оправдывают средства.

ЭТАП – экскурсия таежных арестантских паханов.

ЮДВ – юный друг воров.

ЮГ – юный грабитель.

ЯБЛОКО – я буду любить одного, как обещала.

ЯДРО – я дарю радость однажды.

ЯЛТА – я люблю тебя, ангел.

ЯРДС – я рожден для счастья.

значение, особенности и различные факты

Бешеный, стремительный и скоростной темп жизни, стремление к экономии во всем всегда и везде. В нашей жизни прочно обосновалось такое явление в русском языке, как аббревиатуры. Что это такое? Аббревиатура – это особый набор символов, который образуется с помощью сокращения слова или словосочетания по первым буквам, слогам или частям слов и даже звукам, входящих в название предмета или явления. В простой жизни очень часто требуется беречь место и время. Поэтому люди начинают использовать простые сокращения, которые становятся часто употребляемыми. Это могут быть сжатые фразы или слов.

История возникновения аббревиатур

История появления и становления такого языкового явления, как аббревиатуры, берет свое начало с далеких времен с появлением письменного языка. Все народы, которые умели писать, использовали сокращения. Экономия места на материале (на папирусе, бересте, керамических плитках) и скорость написания текста были важны для писцов. Античность начала развивать использование аббревиатур в надписях на зданиях, а затем уже и в рукописях.

Часто римляне сокращали имена собственные, а далее уже и должностные слова, например, cos. – consul. Греки стали использовать аббревиатуры аналогично римлянам в своих папирусах и монетных надписях. Широкое распространение подобное явление получило при сокращении мерных и весовых единиц.

Благодаря развитию римской юриспруденции, был составлен свод и система правил сокращений. Именно их в дальнейшем стали использоваться в средневековую эпоху. «Тироновые значки» – одна из известнейших систем, являющаяся основой римского быстрого письма – тахиграфии. Эти отметки не без латинского языка пошли дальше в Средневековье, где также использовались в рукописях и монетных надписях, грамотах.

Далее стали употребляться греческие и латинские буквы прописью. И благодаря этому появились особые знаки для сокращения слогов, а также не только двойных согласных, но и гласных. Первыми метод сокращения слова по его начальным буквам стали использовать греки, у которых это переняли римляне. Самое большое распространение получили аббревиатуры в юридической, медицинской и богословской сфере.

Аббревиатуры тюремные как отдельная большая значимая группа

Тюремный жаргон (он же называется уголовным, блатным или воровским, а еще правильнее назвать его «арго») – это особый диалект, возникший на социальной почве в преступной среде. Возникшая языковая система, включающая в себя особые термины и выражения для идентификации членов преступного сообщества, противопоставлялась языковой системе законопослушного общества.

Одна из основных целей тюремного арго – это затруднение понимания смысла сказанного между деклассированными элементами для простых людей, которых называют непосвященными. Аббревиатуры тюремные (воровские, в виде наколок) служили одним из главных и эффективных инструментов для достижения этой цели. Рассмотрим виды аббревиальных сокращений. Они бывают разными – буквенными, слоговыми, звуковыми, смысловыми и др. Типология аббревиатур огромна и специфична.

В самом большем подразделении они делятся на инициативные и на слоговые. Каждая из этих групп содержит свои подгруппы. Рассмотрим каждую из них на аббревиатурах тюремного жаргона.

Инициальные аббревиатуры

Первым видом сокращения в этой группе является буквенная аббревиатура, которая читается так, как буквы называются в алфавите.

Примеры: АА – «ангел ада», ПВА – «презираю ваш актив».

Второй вид аббревиатур – это звуковая. Она акрофонетическая. Принцип ее построения таков, что также берутся первые буквы составляющих слов, но читаются они не по алфавитным названием, а как единое слово.

Примеры: ГОРН – «государство обрекло (в) рабы навеки», ДНО – «дайте немного отдохнуть», «дайте нам отдышаться».

Буквенно-звуковая аббревиатура сочетает в себе две перечисленные выше. То есть в ее состав входят и алфавитные названия букв, и их слияния в слова. В тюремном жаргоне такие аббревиатуры не представлены.

Особую группу создают бэкронимы. Это аббревиатуры, которые создаются по уже имеющемуся сокращению. Таких примеров среди тюремных аббревиатур очень много. Пример: БОГ, КОТ, КРЕСТ, ЛЕБЕДИ, ЛЕТО, НЕБО, ПАПА, СВЕТ.

Существует также рекурсивные аббревиатуры. Это такой тип аббревиатур, который включает в свою расшифровку не только слова, но и саму аббревиатуру. Для ясности приведем пример: PHP — PHP Hypertext Preprocessor. В тюремных сокращениях рекурсивные аббревиатуры отсутствуют.

Слоговые аббревиатуры

Другой большой группой являются слоговые аббревиатуры. Тюремные сокращения на самом деле не встречаются в этом типе, но все равно для общего понимания нужно рассмотреть этот момент. Существует несколько способов получения слоговых аббревиатур:

  1. Складываются начальные части двух и более слов: универмаг – универсальный магазин.
  2. Соединяются начало одного слово и другое слово из целого словосочетания: теракт – террористический акт.
  3. Складываются начальная часть слова с формой косвенного падежа существительного: завотделением – заведующий отделением.

Соединяется начало первого слова и начало и конец второго / конец второго слова: мопед – мо(тоцикл)+(велоси)пед.

Тюремные татуировки и аббревиатуры

Существует мнение, что делать наколки заключенные стали по собственному желанию и по внутренним мотивам. Но это не совсем правильно. Правительство России само дало толчок к развитию тюремных наколок. Аббревиатуры, изображения – все это стали впоследствии наносить на свои тела заключенные. А до этого государство клеймило тех нарушителей правопорядка, которые являлись пожизненными сибирскими каторжниками. С течением времени наколки меняли свое значение и суть. Они стали в некотором роде паспортом, визитной карточкой каждого заключенного.

Наколки говорили о принадлежности к деклассированному обществу, о месте их носителя в иерархии преступного мира. Не существует тюремных татуировок, не наделенных особым смыслом. Каждая из них описывает определенный статус и специализацию человека в преступном мире. Наколки включают в себя самые разные изображения и аббревиатуры. Тюремных сокращений – огромное количество, и мы рассмотрим самые известные.

СЛОН

Подобная татуировка является характерной для советских и некоторых российских заключенных. СЛОН – аббревиатура – тюремная наколка, которая состоит из четырех букв.

Официальная и главная расшифровка – это «смерть легавым от ножа». Однако есть и другие варианты, по которым расшифровывают эту аббревиатуру. Во-первых, «советские лагеря особого назначение», во-вторых, «Соловецкий лагерь особого назначения», в-третьих – «Слава Ленину – отцу нашему». Иногда еще встречается и такой вариант как «с малых лет одни несчастья». Татуировка СЛОН не имеет особых ограничений для ее нанесения. Но из-за отдельных слов, например таких, как «легавые» и «нож», ее в основном наносили осужденные, которые отрицательно настроены к власти.

БОГ

Очень многие тюремные сокращения трактуются по-разному. Это же относится и к аббревиатуре БОГ. Тюремная наколка, не имеющая ничего общего с религией, обладает несколькими интерпретациями. И зачастую настоящее ее значение известно лишь ее носителю и больше никому другому. Самые известные расшифровки – это, во-первых, «бог отпустит грехи», а во-вторых, «был осужден государством». Также еще существуют такие варианты, как «боюсь остаться голодным», «буду опять грабить» и «будь осторожен, грабитель».

БОСС

БОСС – аббревиатура тюремная, не имеющая ничего общего с современным пониманием этого слова. Татуировка с этими четырьмя буквами относится к максимально однозначным, имеющим малое количество расшифровок. Итак, первый вариант полного названия – это «был осужден советским судом», а второй и очень близкий по значению – это «был осужден Советским Союзом».

Смысл тюремных аббревиатур

Тюремные аббревиатуры и их значение можно классифицировать в несколько групп. Например, есть такие сокращения, которые рассказывают об отношении осужденного к стране, власти и политике:

  • АГМД – «Адольф Гитлер – мой друг»;
  • АЛЛЮР – «анархию люблю любовью юной – радостно»;
  • АРБАТ – «а Россия была, а теперь».

Некоторые аббревиатуры затрагивают определенные ценности, которые являются важными для всего деклассированного общества или для отдельного его участника (любовь, семья, свобода, честь и др.):

  • АЛЕНКА – «а любить ее надо, как ангела»;
  • БЛИЦС – «береги любовь и цени свободу»;
  • ДМНТП – «для меня нет тебя прекрасней».

Также еще можно выделить такую группу сокращений, которые прямо относятся к государству, к судопроизводственному процессу, территориальному расположению заключенного человека и др. Например: ГОРН – «государство обрекло (в) рабы навеки». Сюда же можно отнести уже вышеупомянутые аббревиатуры СЛОН и БОСС.

Многозначность и варианты расшифровки аббревиатур

Расшифровка тюремных аббревиатур представляет большой лингвистический интерес для ученых-филологов. Как вы сами уже успели заметить, одно и то же сокращение может иметь несколько значений.

Так складывалось из-за влияния комплекса факторов – момента истории, времени, территории и других. Аббревиатуры тюремных татуировок появлялись и накапливались годами, и сейчас их количество составляет более ста. При этом некоторые из них являются многозначными, что говорит о, может быть, отчасти сомнительном, субкультурном богатстве и самобытности деклассированного общества.

Тюремные аббревиатуры стали большим пластом в современном языкознании и представляют собой особый интерес для изучения. Ведь до сих пор до конца непонятно, почему они возникли и как. Почему они имеют именно такое семантическое значение, а не другое? Филологам предстоит еще многое узнать, а также увидеть, как аббревиатуры тюремные и уголовные поменяются с ходом нашего уже времени. А они не могут не измениться, так как все подвержено влиянию общественных внешних и внутренних факторов.

Тюремные татуировки и их значение. Что означают аббревиатуры на татуировках зэков


АГМД – Адольф Гитлер – мой друг. АЛЛЮР – анархию люблю любовью юной – радостно. АРБАТ – а Россия была, а теперь?

БЛИЦС – береги любовь и цени свободу. БОГ – бог отпустит грехи; был осужден государством; боюсь остаться голодным; буду опять грабить; будь осторожен, грабитель; бойтесь огня, гады. БОМЖИЗ – богом охраняемый, молитвой живущий и замордованный. БОНС – был осужден народным судом.

ВОЛК — вот она, любовь какая; вору одышка (отдышка) – лягавым крышка; волю любит колонист. ВОСК – воля ослабнет – скоро конец; вот она, свобода, колонисты. ВУЗ – вечный узник зоны; веселым умру зэком.

ГОРН – государство обрекло (в) рабы навеки. ГУСИ – где увижу, сразу изнасилую. ГУТОЛИСТ – губы устали твердить о любви и сильной тоске.

ДЕРПН – деру, е…, режу партийных нахлебников. ДЖОН – дома ждут одни несчастья. ДЖОНКА – дома ждут одни несчастья – капризы алкаша. ДНО – дайте немного отдохнуть, дайте нам отдышаться.

ЕВРОПА — если вор работает – он падший арестант. ЕЛКА – его (ее) ласки кажутся ароматом, если любовь коварна – атас. ЖЕРН – жизнь есть рабская неволя. ЖНПСМ – живу на помойке, спаси меня. ЖУР! – живи, уркаган, роскошно!

ЗВОНОК – знай воров – они научат очень круто. ЗЛО – зэк любит отдыхать, завет любимого отца; знала любовь однажды, за все легавым отомщу. ЗУБ! – здорово, урки-блатари! ЗУБР – злые урки берегут рабов.

КОТ – коренной обитатель тюрьмы; как одной трудно; кто отогреет тоску. КУБА – когда уходишь – боль адская. ЛЕБЕДУН – любить ее буду, если даже уйдет навсегда. ЛИР – любовь и разлука, люблю и режу. ЛСД – любовь стоит дорого. ЛСКЧВ – люби свободу, как чайка воду. ЛУЧ – любимый ушел человек.

МАГ – мой Адольф Гитлер. МИР – меня исправит расстрел. МОРС – мы опять расстаемся счастливыми. НЕБО – не (грусти), если будешь одна. НИЛ – нельзя изменять любимым. НИНА – не (была) и не (буду) активисткой.

ПАПА – п…ц активистам, привет анархистам. ПВА – презираю ваш актив. ПВРС – пусть вкалывают рабы Совдепии. ПИВО – прости и вернись обратно. ПИНГВИН – прости и не грусти, виноватого искать не надо. ПИПЛ – первая и последняя любовь. ПОСТ — прости, отец, судьба такая. ПРАВИЛА – правительство решило арестовать всех и лишить амнистии.

РИТМ – радость и тоска моя. РОКЗИСМ – Россия облита кровью зэков и слезами матерей. РОСТ — рано остался сиротой тирана, радость одна – стрелять тиранов.

САПЕР – счастлив арестант – после его расстрела. СЛОН – с любимым одним навеки; смерть легавым от ножа, с (малых) лет одни несчастья, сердце любит одну навеки, суки любят одно начальство. СОС (505) – спасите от суда; спасаюсь от сук; спасаюсь от сифилиса; суки отняли свободу; спаси, отец, сына. СС (55) – сохранил совесть. СЭР – свобода – это рай.

ТИГР – тюрьма – игрушка; тебя, изменницу, готов разорвать; товарищи, идем грабить ресторан. ТУЗ – тюрьма у нас забава; тюрьма учит закону; тюрьма уже знакома; тюремный узник. ТУМР – тайга укроет меня, родная.

ХЛЕБ – хранить любовь единственную буду. Христос лелеет бедолаг. ХРИСТОС? – хочешь, радости и слезы тебе отдам, слышишь?

ША! – шали, арестант! ШАМПАНСКОЕ? – шутка, а может, просто адская насмешка, скажи, как оценить ее? ШПДЗМ! – шали, пацан, да знай меру?

ЭХО! – Эрот, хочу отдаться! эх, хорошо (бы) обожраться! этого хватит одной!

ЮДА – юный друг Адольфа.

ЯБЛОКО – я буду любить одного, как обещала. ЯРМО – я рождена мучиться одна. ЯСССССВД – я съел свою совесть с соплями в детстве. ЯХТА – я хочу тебя, ангелочек.


При подготовке статьи были использованы материалы: facte.ru
Похожие статьи:

История → Гомоизвращениум или исторические факты о том, что человек был, есть и останется извращенцем

Космос → Что будет в открытом космосе с человеком без скафандра?

Общество → Как узнать, что пора закончить разговор?

Личности → Что Вы не знали о Майке Тайсоне…

История → Ученые выяснили, что погубило цивилизацию индейцев майя

Что значит сэр на зоне. Что означают уголовные аббревиатуры | Борис Буданов

АГМД – Адольф Гитлер – Мой Друг

АЛЕНКА – А Любить Ее Надо, Как Ангела

АЛЛЮР – Анархию Люблю Любовью Юной – Радостно

БЕРЛИН – Буду Ее Ревновать, Любить И Ненавидеть

БАРС – Бей Актив, Реж Сук(1950 г.) Был Активистом Ради Свободы

БЕС – Бей, Если Сможешь Буду Е,. Стоя. Бей, Е-и Стукачей

БЛИЦС – Береги Любовь И Цени Свободу

БОГ – Буду Опять Грабить. Будь Осторожен Грабитель. Бог Отпустит Грехи.

БОВС, БОРС – Был Осужден Вологодским Судом. Был Осужден Ростовским Судом и т.п.

БОСС (BOSS) – Был Осужден Советским Судом. Барбос Отсосет Сам Силой

БОВТ – У военных: Был Осужден Военным Трибуналом

БРАТ – Побратимы:(БР+АТ = БРАТ)

ВЕК – Всему Есть Конец

BEPA(VERA) – Вернусь Е… Русских Автоматом (в дисбатах -националистическая)

ВЕРМУТ – Вернись Единственная Радость, Мне Ужасно Трудно

ВИНО – Вернись И Навсегда Останься

ВОЛК – Волю Очень Любит(ят) Колонисты). Вору Отдышка, Легавым Крышка

ВОСК – Вот Она – Свобода Колониста

ВОР – Вафлер, Открой Рот

ВУЗ – Вечный Узник Закона

ГУСИ – Где Увижу, Сразу Изнасилую

ДЕРПН – Нецензурно

ДП – Добро Пожаловать

ЕВА (EVA) – Е….Всех активистов

ДМБ-89 – Дембель – 1989г. (у солдат срочной службы)

ДМНТП – Для Меня нет Тебя Прекрасней

ЖУК – Желаю Удачливых Краж

ЗЕК – Здесь Есть Конвой, Здесь Е…Козлов

ЗЛО – За все Легавым Отомщу. За все Любимой Отомщу. Завет Любимого Отца. За Любовь Отомсти. Наоборот Отец Любимый Завещал

ЗЛОБО – За все Легавым Очень Больно Отомщу

ЗЭК – Заключенного Этапирует Конвой

ИРА – Идем Резать Актив

КВТК – Костромская (Колпинская) ВТК

КЕНТ (женское) – Когда Е…,Надо Терпеть

КИС (KISS) – Коренной Искатель Счастья

КЛЕН – Клянусь Любить Его (Ее) Навеки. Каждого Легавого Е…Ножом

КЛОН – Клянусь Любить Одну (Одного) Навеки

КЛОТ – Клянусь Любить Одну Тебя. Козлам Легавым Отомщу. Клянусь Легавым Отомстить.

КНУТ – Клянусь Не Умереть Тварью

КОТ – Коренной Обитатель Тюрьмы. Коренной Обитатель Толчка (Тусовки)

КРЕСТ – Клейми Репу, Если Сука – Тварь

ЛБЗ – Люблю Больше Жизни Зою (Раю) и т.д.

ЛБЗС – Легавые Бегут За Смертью

ЛЕБЕДИ – Любить Ее Буду, Если Даже Изменит

ЛЕБЕДУН – Любить Ее Буду, Если Даже Уйдет Навеки

ЛЕВ – Люблю Ее (Его) Вечно. Люби, Е…, Воруй! Любитель Ежедневных Вафель. Люблю Е… Веселых;

ЛЕДИ (LEDI) – Люблю, Если Даже Изменит. Легавых Е…, Дави, Истребляй

ЛЕН – Люблю Ее Навеки (укороченная “КЛЕН”)

ЛЕТО – Люблю Ее (Его) Только Одну (Одного)

ЛИМОН – Любить И Мучиться Одной (Одному) Надоело

ЛИР – Любовь И Решетка. Люблю И Ревную

ЛИС – Легавые Ищут Смерть. Любовь И Слезы. Любовь И Смерть. Любовь И Свобода

ЛИСТ – Люблю И Сильно Тоскую. Легавых И Стукачей Трамбуй (Тесни)

ЛОН – Укороченное “КЛОН”: Люблю Одного (Одну) Навеки. Люблю Общество Наркоманов (Нуддистов)

ЛОРД – Любовь Один Раз Дается. Люблю Очень Резвых Девочек. Легавые Ослы Работают Даром. Легавым Охота Работать Даром. Легавым Отомстят Родные Дети. Легавым Ослам Работу Дам. Люби Отец Родных Детей.

ЛОТ – Любопытный Очень Ты. Люблю Одного (Одну) Тебя. Легавым Отомсти (Отомстят)

ЛОТОС – Люблю Одну (Одного) Тебя Очень Сильно

ЛСКЧВ – Люби Свободу, Как Чайка Воду

ЛТВ – Люблю Тихо Воровать. Люби, Товарищ, Волю. Люби, Товарищ, Вечно. Легавый Твой Враг

ЛХВС – Легавым – X…, Ворам -Свободу. Любопытным – Х…ВС…

ЛУЧ-ЧУЛ – Лучше Умереть Человеком, Чем Умереть Легавым. Любимый Ушел Человек

ЛЮКС – Любовь Юного Колониста Сильна

МАГНИТ – Милый, А Глаза Настойчиво Ищут Тебя

МЕЛ – Моя Единственная Любовь, Мой Единственный Любимый

МИР – Меня Исправит Расстрел

НЕБО – Не грусти. Если Будешь Одна (Один)

НИНС – Никогда Изменить Не Смогу

НКВД – Нет Крепче Воровской Дружбы

ОГПУ – О, Господи! Помоги Убежать

ОУ ХПК – на ногах: “Они Устали Ходить Под Конвоем”

ПАПА – Привет Анархистам, Позор Активистам

ПВСМ – Привет Ворам, Смерть Мусорам

ПЕС – Плохо Ее Слушался

ПИПЛ – Первая И Последняя Любовь

ПЛАН – Позор Легавым АвтоНарушителям

ПОСТ – Прости, Отец, Судьба Такая

ПРАВИЛА – Правительство Решило Арестовать Всех И Лишить Амнистии

РИМ – Угрожающая: Режь И Мсти

РОСЗИМ – Россия Омыта Слезами Зэков И Матерей

САТУРН – Слышь, А Тебя Разлюбить Невозможно

СВЕТ – Свобода, Вера Есть Тюрьма

СЛЖБ – Смерть Легавым, Жизнь Блатным

СЛИВА – Смерть Легавым И Всему Активу

СЛИЧЖВР – Смерть Легавым И Чекистам, Жизнь Ворам-Рецидивистам

CЛOH (SLON) – От Соловецких Лагерей Особого Назначения. Смерть Легавым.От Ножа. С тобой. Любимая, Одной Навеки. Смерть Легавым, Они Не спасутся. С малых Лет Одни Несчастья. Сердце Любит Острый Нож. Суки Любят Одно Начальство. Сердце Любит Одну Навеки. Слава Ленинизму, Он Непобедим. Слава Ленину, Отцу Нашему.

СОС (SOS) – Суки Отняли Свободу. Спасите Отсюда Скорее. Спаси Отец Сына

СС (SS) – Смерть Стукачам

СЧАН – Суки Часто АНархисты

СЧПА (К) -Смерть Чекистам, Привет Анархистам (Колонистам)

СТОН – исторически: Соловецкая Тюрьма Особого Назначения. Сердцу Ты Один Нужен. С Тобой Одной Навеки

СЭР – Свобода – Это Рай

ТАНК – Тайный Агент Начальника Колонии

ТИГР – Тюрьма – ИГРушка. Тихо, Идем Грабить Ресторан. Товарищ, Идем Грабить Ресторан

ТМОН – Ты Мне Очень Нравишься

ТОК – Тюрьма, Открой Калитку. Тайное Общество Конокрадов

ТРОН – Ты Рядом Одна Навеки

ТУЗ – Тюрьма Учит Законам. Тюремный УЗник. Тюрьма Уже Знакома. Туалетный Уборщик Зоны

УКВ – Уе…Краснорожего (Надзирателя) Всегда

УСОРВ (USORV) – Умрет Стукач От Руки Вора. Умри Стукач От Руки Вора

УТРО – Ушел Тропой Родного Отца

ХЛЕБ – Хранить Любовь Единственную Буду

ХМ – БИС – Храни Меня Бог И Судьба

ХРИСТОС? – Хочешь, Радости И Слезы Тебе Отдам, Слышишь?

ХТКЛШ – Х…Тому, Кто Легавым Шустрит

ХТКПТ – Хрен Тому, Кто Придумал Тюрьму

ЦЛИБИС – Цени Любовь И Береги Истинную Свободу

ЦМОС – Цель Моя Оправдывает Средства

ШАМПАНСКОЕ – Шутка, А Может, Просто Адская Насмешка, Скажи, Как Оценить Ее?

ШП-ДЗМ! – Шали, Пацан – Да Знай Меру!

ЭВЖМС – Элексир Вечной Женской Молодости – Сперма!

ЭПРОН – Эрот, Подари Радость Одной Ненасытной

ЭТАП – Экскурсия Таежных Арестантских Паханов

ЭХО! – Эрот, Хочу. Отдаться!

ЮГ – Юный Грабитель

ЮДВ – Юный Друг Вора

ЯБЛОКО – Я Буду Любить Одного (Одну) Как Обещал(а)

ЯДРО – Я Дарю Радость Однажды

ЯРДС – Я Рождена (Рожден) Для Счастья

ЯРМО – Я Рождена Мучиться Одна

ЯНПТ – Я Не Продажная Тварь

ЯСССССВД – Я Съел Свою Совесть С Соплями В Детстве

ЯХОНТ – Я Хочу Одного (Одну) Навеки Тебя

ЯХТА! – Я Хочу Тебя, Ангелочек!

ЯХТТ – Я Хочу Только Тебя

Аббревиатура, Наносимая только лицами женского пола

ТИН – Ты Или Никто

ЛИЯ – Любовь И Я

ГОТТ – Горжусь Одним Только Тобой. Готова Отдаться Только Тебе

ЖНССС – Жизнь Научит Смеяться Сквозь Слезы

КИС-Б-Т – Как Истосковалось Сердце Без Тебя

ПИЛОТ – Помню и Люблю Одного Тебя

ЯЛТА – Я Люблю Тебя, Ангел

Аббревиатура, наносимая военнослужащими

ВДВ – Воздушно-Десантные Войска

ГСВГ(ЗГВ) – Группа Советских Войск в Германии (Западная Группа Войск)

ДРА – Демократическая Республика Афганистан

Что означают уголовные аббревиатуры – The Criminal

У аббревиатур на тюремных татуировках (наколках) разное предназначение – отдельные из них свидетельствовали об определенном статусе заключенного, другие содержали зашифрованные таким образом клятвы и обеты, как, к примеру, СЛОН – «Смерть Легавым От Ножа».

О статусе вора

По характеру значительная часть тюремных татуировок-аббревиатур, если их расшифровать, превращаются в высказывания довольно сентиментального и наивного содержания. Чаще всего для таких условных обозначений берутся слова-аббревиатуры, смысл которых вообще не имеет отношения к воровской жизни или пребыванию в заключении.

Большое количество уголовных наколок-аббревиатур призвано обозначить уважительную позицию сидельца в отношении воровских понятий. Например, АЛЛЮР («Анархию Люблю Любовью иной – с Радостью»), БОСС «Был Осужден Советским Судом»), БОГ («Буду Опять Грабить», «Будь Осторожен – Грабитель», есть еще варианты), ВОРОН («Вор, Он Рожден Одной Ненавистью»), УСОРВ («Умрет Стукач От Руки Вора»), ЖУК («Желаю Удачных Краж») и многие другие.

Об отношении к милиции-полиции и лагерной администрации

Особым шиком считается сделать наколку с аббревиатурой, содержащей оскорбительную или, по крайней мере, уничижительную фразу по отношению к «ментам» («мусорам) или «кумовьям» (лагерному (тюремному) начальству. Или выражающую позицию зека по поводу пребывания в заключении в принципе, как например, знаменитая татуировка СЭР («Свобода – Это Рай»).

Такие татуировки содержат аббревиатуры: ВУЗ («Вечный Узник Зоны»), ДЖОН («Дома Ждут Одни Несчастья»), ЗЕК («Здесь Есть Конвой»), КАТ («Каторжник»; кстати, это, пожалуй, одна из немногих тюремных татуировок, если и вовсе не единственная, которую каторжанам еще со времен декабристов вначале делали не сами заключенные, а их тюремщики). Советские зеки-«радикалы» любили колоть себе аббревиатуру МИР («Меня Исправит Расстрел»).

О любви не говори – о ней наколото

Наивная сентиментальность в любовных тюремных аббревиатурах-татухах просто зашкаливает – своеобразное обозначение «половодья чувств» в зековских наколках весьма распространено. В нескольких буквах выражается любовь, ненависть, страсть и другие бурные проявления межполовых отношений. Принцип выбора слов для аббревиатур аналогичный – чаще всего не важен первоначальный смысл исходника (он в большинстве случаев не имеет никакого отношения к расшифрованной фразе) – главное, чтобы каждая буква служила началом нужного слова.

Например, название немецкой столицы БЕРЛИН в уголовном жаргоне расшифровывается как «Буду Ее Ревновать, Любить И Ненавидеть», а экономический термин ЛОТ – «Люблю Одну (Одного – для женщин) Тебя». В любовных аббревиатурах может присутствовать просто набор букв, как, к примеру, ВИМБЛ («Вернись, И Мне Будет Легче»), ДМНТП («Для Меня Нет Тебя Прекрасней»), КЛОТ («Клянусь Любить Одну Тебя») и т.д.

Не гнушались накалывать себе тату и осужденные-женщины, в СССР это практиковалось чаще, нежели сейчас. Как и у мужчин, татуировка-аббревиатура чаще всего сопровождалась каким-либо рисунком. К примеру, ШАМПАНСКОЕ («Шутка, А, Может, Просто Адская Насмешка, Скажи, Как Оценить Ее?» соседствовало с изображением смеющейся женщины, татуировка профессиональной проститутки и воровки ЯХТ («Я Хочу Тебя») тоже обрамляла некий женский образ. Многие татуировки-аббревиатуры, которые делали себе проститутки и другие преступницы, имели непечатное, матерное значение и рисунки, их сопровождавшие, были порнографического характера.

Обозначение масти

Помимо абстрактно-декларатитвного смысла тюремные татуировки-аббревиатуры могут и указывать на конкретные обстоятельства, касающиеся отношения зека к определенной масти. К примеру, тату с буквами ТRЭ, обрамленными в овал, обозначает, что перед вами «шестерка». А человек с нацистской «зигой» SS («Сохранил Совесть»), напротив, принадлежит к ворам.

Что мы знаем о песне «Владимирский централ» • Arzamas

О чем она, как прославила тюрьму, кто ее автор и почему это по-своему великая песня

Авторы Михаил Лурье, Надежда Рычкова

Если набрать в поисковой системе словосочетание «Владимирский цент­рал», то в результатах тюрьма и песня будут всегда связаны. С песней понятно, ведь ее название отсылает к вполне определен­ному учреждению во Владимире, но почти в каждом материале о нем упоми­нается компози­ция Михаила Круга. Возникает вопрос, кто кого сделал знаменитым: песня прославила владимирскую тюрьму на всю Россию или допесенная извест­ность Владимирского централа обеспечила песне такое признание?

Владимирский централ: что это за тюрьма

В современных публикациях о Владимир­ском централе  Его официальное название — ФКУ Тюрьма-2 УФСИН России по Владимирской области. авторы называют его «самой знаменитой», «самой известной», «старейшей» из тюрем России. Указом 1781 года «О суде и наказаниях за воровство разных родов и о заведении рабочих домов во всех губерниях» Екатерина II повелела наказывать работами за совершение грабе­жей, краж и мошенничества, а для исполне­ния указа «во всех губерниях заведены были рабочие дома, с назначением в них работ, для пользы общей потребных». Владимир не стал исключением, и в 1783 году здесь был построен рабочий дом, положивший начало знаменитой тюрьме.

В 1838 году Николай I подписал положение об арестантской роте гражданского ведом­ства, которая была сформирована во Влади­мире для обустройства города. В роту поступали «а) беглые и бродяги; б) осужден­ные к ссылке в Сибирь на поселение, за маловажные преступления, не наказанные рукою палача и имеющие от 35 до 40 лет; в) осуждаемые в крепостную работу на срок, также за неважные преступления, или к заключению в рабочие дома; г) арестанты, пересылаемые через Владимир в Сибирь на поселение, по маловажным пре­ступле­ниям и за бродяжничество, не наказанные палачом и знающие мастер­ства»  Из Положения о Владимирской арестантской роте гражданского ведомства. . Рядом с корпусом рабочего дома силами арестант­ской роты было выстроено каменное здание, затем было возведено еще несколько корпу­сов, а завершающим стал так называемый ежовский корпус  

Николай Ежов (1895—1940) — советский партийный деятель, в том числе генеральный комиссар госбезопасности и нарком внутрен­них дел. Под руководством Сталина был главным организатором массовых репрессий 1937–1938 годов., построенный в 1938 году для особо опасных заключенных.

В 1921 году Владимирский централ был преобразован в политический изолятор и переименован в губернский исправи­тельный дом, а в 1948 году вошел в систе­му лагерей и тюрем особого назначения Министерства государственной безопасно­сти СССР. Видимо, именно заключенные советского периода прославили эту тюрьму. Среди самых известных насельников Владимирского централа немало знаменито­стей — от певицы Лидии Руслановой и сына Иосифа Сталина Василия до диссидентов и правозащит­ников Владимира Буковского, Юлия Даниэля, Анатолия Марченко. После 1978 года во Владимирскую тюрьму переста­ли отправлять политических заключенных, а с 1990-х годов здесь отбывают наказание особо опасные преступники.

В музее Владимирского централа на территории тюрьмы. 2013 год © Марина Круглякова / ТАСС

Название тюрьмы менялось несколько раз. Самое популярное и неофициальное наименование «Владимирский централ» тюрьма получила в 1905 или 1906 году (в источниках данные расходятся). Вообще, первые централы, то есть крупные тюрьмы с центральным подчинением, появились в Российской империи в кон­це XIX века в результате реформы пенитенциарной системы. Именно тогда возник первый знаменитый песенный централ — Александ­ров­ский. Одна из са­мых популярных тюрем­ных песен, и по совместительству револю­ционная  См. об этом в статье: М. Л. Лурье. Полити­ческие и тюремные песни в начале ХХ в.: между пропагандой и фольклором // Антро­пологический форум. № 12. 2010., — «Далеко в стране Иркутской…» — в первых публикациях (1900-е годы) не имела заголовка, Александ­ровский централ упоминался лишь в тексте, однако затем песня стала регулярно именоваться «Александровским централом»:

Это, барин, дом казенный
Александровский централ,
А хозяин сему дому
Сам Романов Николай.

Именование Владимирской тюрьмы «централом» встречается и до песни Круга — например, у Александра Солженицына в «Архипелаге ГУЛАГ», у Васи­лия Аксенова в «Острове Крым», а также в некоторых частных дневниках за 1960–70-е годы  См. на сайте «Прожито».. Однако чаще владельцы дневников пишут о «Влади­мир­ской тюрьме». Так же она называется и в книге воспоминаний Владимира Буковского «И возвращается ветер…» 1978 года (по одной из версий, эта книга вдохно­вила Круга на создание песни, о чем речь пойдет ниже). Современ­ные же художественные произведения о жизни за решеткой, напи­санные после 1998 года, широко используют словосочетание «Владимирский централ», например так называется книга Игоря Закурдаева, посвящен­ная истории тюрьмы. Такое наименование, безусловно, было актуализи­ровано и популяри­зировано Михаилом Кругом. 

Песня и тюрьма — кто больше прославился

Автора «Владимирского централа» в современных публикациях называют «королем русского шансона», «самым популярным представителем жанра», «самым знаменитым исполнителем», но главное — автором «самой популярной песни в этом жанре», «эталонного музыкального произведения, созданного в жанре тюремной романтики».

Михаил Круг (псевдоним Михаила Воробь­ева, 1962–2002), уроженец Твери, начал свою официальную карьеру автора-исполнителя в 1994 году, когда на дисках вышел его первый альбом «Жиган-лимон». Еще до релиза в тверском ДК было записано три любительских магнитоальбома, ни о каких авторских правах тогда речи не шло, и песни Круга попросту переписы­вались и быстро распространялись по городу. В 1996 году Круг впервые выступил в Москве, на фестивале «Русский шансон». «Владимир­ский централ» вышел в 1998 году на четвер­том альбоме Круга «Мадам». В целом он напи­сал более 100 песен, но об этом вряд ли знают все те, кто знаком с «Влади­мир­ским централом». О широчайшей популярности песни говорит наличие пародийных версий и мемов.

Песня звучит в гоблинском переводе «Властелина колец» в эпизоде «Пендальф в ловушке Сарумяна» части «Братва и кольцо». Рассчитывая на стопроцентную узнаваемость текста, переделку строк припева «Тюряга Азкабан — ветер север­ный. / Этапчиком в Мордор — зла немерено» использует Сергей Панарин в своей пародий­ной книге «Харри Проглоттер и волшебная Шаурматрица». Не обошли своим вниманием песню и кавээнщики. Школьная версия песни под названием «Владимирский лицей» была создана группой ведущих «Авторадио» «Мурзилки International»:

Чтобы узнать, существуют ли люди, которые ничего не знают ни об этой песне, ни о Круге как ее авторе, мы провели опрос среди пользователей фейсбука, в котором приняли участие 440 человек. Оказалось, что 99,8 % всех опрошен­ных знают композицию, но лишь половина знает, что автор ее — Михаил Круг. Несколько человек определили песню как народную.

Судя по данным опроса, песня стала хитом уже в год своего релиза: «„Влади­мирский централ“ я узнала весной-летом 1998 го­да — в этом году я оканчивала школу. Это был тогдашний хит, поэтому на выпускном вечере диджей ставил ее раз двадцать по просьбам выпускников и родителей. На всю жизнь отпеча­талась. Конкуренцию составляли лишь „Ах, какая женщина“ и „Как упоитель­ны в России вечера“». 

Пик популярности «Централа» участники обозначили концом 1990-х — нача­лом 2000-х, некоторые утверждали, что слышали песню еще в начале 1990-х, что совершенно невозможно, но вполне объяснимо: «Владимирский централ» по своей тематике и стилистике стал своеобразным знаком тех лихих лет, а для некоторых и вовсе понятием нарицательным, с помощью которого легко описать всю блатную или гопническую культуру, прочно ассоциирующуюся с 90-ми годами ХХ века. 

Вольное и невольное знакомство наших респондентов с хитом происходило на школь­ных дискотеках, где, по их свиде­тель­ствам, под песню танцевали медляк, или в ресторанах, где ее часто исполняли на заказ. Несколько человек рассказали, что в юности сами исполняли «Централ» под гитару, наряду с композициями Цоя и «Гражданской обороны», или пели ее в караоке.

Большинство же слышали песню из колонок такси, автобусов и музыкальных киосков. То есть она была очень популярна в начале нулевых, и не только в среде любителей тюремного шансона. Перед нами случай, когда известность песни не просто опережает известность своего создателя (что не ред­кость), но и проникает в те социальные круги, для которых не свойственно пристра­стие к этому музыкальному направлению.

Что касается соперничества за первенство в известности между тюрьмой и песней, наш опрос говорит о том, что, вероятнее всего, песня прославила Владимирскую тюрьму на всю страну и популяризовала именно это ее имя: до 1998 года сочетание «Владимир­ский централ» было достаточно редким, а после стало народным. Нет сомнений, что Владимирская тюрьма была известна и сама по себе, но сравнить ее со знаменитыми Крестами или «Бу­тыркой» вряд ли можно. Но так было до появления песни — сейчас Владимир­ский централ неизменно попадает в число самых известных тюрем России.

Кто участвовал в создании песни

Несмотря на то что были опрошены люди, чьи музыкальные вкусы лежат за пределами направления, определяемого как «русский шансон» (и в этом был замысел опроса), из 440 человек 16 оказались знакомы с одной из версий ее происхожде­ния, а именно имеющей отношение к Саше Северу (или Север­ному) — тверскому крими­нальному авторитету, который отбывал срок во Вла­димирской тюрьме и с которым Михаил Круг был хорошо знаком. С его име­нем связана самая известная легенда о замысле «Владимирского централа». 

Авторы книги «Жизнь и смерть Михаила Круга», скорее всего опираясь на интервью Михаила Круга, опубликованное в 2001 году, излагают историю создания песни следующим образом:

«В 1995 году Круг приехал во Владимир, где в то время сидел тверской вор Александр Северов  Имеется в виду Саша Север., с которым Михаил был в дружес­ких отноше­ниях. Круг приехал к нему на свидание. <…> А после встречи с Северо­вым и была написана эта знаменитая песня».

Легенда же гласит, что вместо полустишия «ветер северный» в первоначальной версии пропевалось имя легендарного заключен­ного — Саша Северный, однако криминаль­ный авторитет попросил Круга не упоминать его имени, и таким образом возник образ ветра. 

В той же книге «Жизнь и смерть Михаила Круга» сообщается об ошибке, допущенной Кругом:

«Один из самых известных тверских уголов­ников, отсидевший в общей сложности двадцать лет, отмечает, что в песне есть неточности. Во-первых, во Владимирский централ заключенных никогда не доставляли „этапом из Твери“. Их сначала отвозили в Москву, обычно в пересыль­ную тюрьму на Красной Пресне, а уже оттуда доставляли во вла­димир­скую „крытку“. А во-вторых, во Владимире оказывались единицы тверичан, а не целые этапы».

Есть и другая интерпретация истории о том, какую роль тверской вор в законе играл в появлении песни. Один из участников нашего опроса сообщает, что саму песню для Круга «мог написать вор в законе Север». Эта версия, скорее всего, восходит к мате­риалам массмедиа. Так, в 2012 году на теле­ка­нале НТВ вышел сюжет под заголовком «Россия много лет поет неправильный „Влади­мирский централ“», главным героем которого стал тот самый Александр Северов (именно с таким вариантом имени). Материал подан в жанре журна­листского расследования, в ходе которого выясняется, что криминаль­ный авторитет написал несколько песен для земляка-шансонье. Об авторстве «Владимирского централа» прямо не сообщается, всё выстроено таким образом, что зритель должен сделать именно этот вывод. Согласно передаче, вор в законе попросил исполнителя не упоминать его имени и «подарил еще несколько текстов, которые Михаил Круг исполнял вместе с собственными песнями». 

Есть менее известная версия с сюжетом подмененного авторства: песню, а точнее ее припев, в 1997 году насвистел Кругу другой заключенный, на этот раз питер­ский, — Евгений Николаев по прозвищу Джон. Его история была опубликована в 2003 году в петербургском журнале «Город», там же приведены «оригинальные» строки:

Питерский централ, ветер северный,
Этапом на Кресты, срок немереный
Упал на плечи, словно груз,
Питер­­ский централ, ветер северный,
Когда суд банковал мне срок немереный,
Не тюрьма меня сгубила, а к одиннадцати туз.

Существует и третья история авторства, но в этом случае речь идет не о тексте, а о замысле. Главным участником истории является московский автор-испол­нитель Леонид Ефремов (автор песни Круга «Светочка»). Согласно его тексту «Неизвестная грань творчества Михаила Круга», он выступил «идейным вдохновителем» и подсказал центральный образ песни. Вот как об этом рассказывает Ефремов:

«Примерно осенью 1996 года ко мне, как всегда, конфиденциально приехал Круг. Разговор крутился вокруг его растущей известности, но пошедшей (по его мнению) на убыль популярности. <…> И вдруг спросил: „А ты знаешь, кто в действительности автор ‚Таганки‘?“ Я пошутил: „Неужели тоже ты?“ Круг обиделся: „Дело не в этом! Никто точно не знает автора, но песню-то сколько лет поют и будут петь! Вот где бессмертие! Популярность без конца!“ <…> „Тогда напиши какую-нибудь ‚Бутырку‘ или ‚Матросскую тишину‘!“ — „Да не то все это! В Твери у нас есть всем известная ‚девятка‘ (за правиль­ность названной цифры не ручаюсь — время!) — специзолятор, там все наши пацаны сидели. Но ее, кроме наших, никто не знает, что мне, о ней написать, что ли?“ И тут меня осенило. Не так задолго до этого разговора я прочел книгу Владимира Буковского „И возвращается ветер…“, там довольно подробно описывалось многолетнее пребывание автора „в крытке КГБ“ — Владимирском централе. <…> И я вкратце рассказал ему о Буковском, об обмене на Карвалана, о Владимирском специзоляторе. „Кстати, там всегда сидели особо опасные, не только политические. Так что Владимирка не безызвестней ‚Таганки‘ будет“. — „А у тебя есть? Дай почитать!“ Круг полистал книгу в мягкой обложке и задумался. „Я сейчас много по зонам пою, езжу. Попробую пробить ‚Владимирку‘, посмотреть надо, что к чему…“»

Таким образом, все три версии объединяет один мотив: в появлении песни иниции­рующую роль сыграл талантливый человек, пишущий стихи и водив­ший знакомство с Кругом. Причем роль соавтора заключается в участии именно в строке «Владимирский централ, ветер северный», по которой обычно и помнят песню. 

Сам Михаил Круг в своих интервью не помо­гал установить истинность той или иной версии, нас же в этом случае интересует сама мифология авторства, отличающая отнюдь не только «Владимирский централ». Для всех подоб­ных случаев характерны, во-первых, замена фрагмента первоначального текста другим в силу особых обстоятельств и, во-вторых, приписывание авторства текста и музыки различным людям. 

Символика во «Владимирском централе»: весна, окно, женщина

Весна опять пришла, и лучики тепла
Доверчиво глядят в мое окно.
Опять защемит грудь, 
И в душу влезет грусть,
По памяти пойдет со мной.

Пойдет, разворошит и вместе согрешит
С той девочкой, что так давно любил.
С той девочкой ушла, с той девочкой пришла,
Забыть ее не хватит сил.

Образный ряд первого куплета строится как комбинация трех содержательных мотивов, свойственных русским тюремным песням, которые легко опознаются человеком, знакомым с этой песенной традицией.

Первый мотив можно обозначить как тюремное заключение и весна: «Весна опять пришла…» Тюремные песни почти не знают осени и лета, но хорошо знакомы с зимой, лютой, темной, беспощадной, — и весной, цветущей, радостной, тоже беспощадной по отношению к арестанту и, как и у Круга, щемящей сердце, оживляю­щей воспоминания о воле, располагающей к меч­там — по всей видимости, несбыточ­ным. Весной происходят переломные события в жизни героя: его арестовывают, как, например, в известной лагерной песне советского времени «На заливе тает лед весною…­»:

На заливе тает лед весною,
И цветочки скоро зацветут,
Только нас с тобою под конвоем
В лагеря на Север повезут.

Этот же мотив использован и в известной народной песне «Не для меня придет весна…», восходящей к стихам А. Молчанова 1838 года, у которой, помимо наиболее известной солдатской (казачьей) фольклор­ной версии, есть и тюремная:

Не для меня придет весна,
Распустит роза цвет душистый.
Сорвешь цветок, а он запахнет —
Такая жизнь не для меня.

А для меня народный суд.
Осудит сроком на три года.
Сошлют к народам азиатским —
Где пуля ждет давно меня.

Этот расхожий образ построен на контрасте, психологически усугубляющем картину переживания арестантом своего тягостного положения: бурная жизнь природы весной противопоставлена замкнутому и исполнен­ному страданий существованию героя в заключении. Неслучайно (в рамках этой образной логики), что именно весной герой песни «По тундре» решается на побег:

Это было весною, зеленеющим маем,
Когда тундра одела свой весенний наряд,
Мы бежали с тобою, уходя от погони,
Вдоль железной дороги Воркута — Ленинград!

Весной же и заканчивается тюремный срок арестанта, или весной он мечтает выйти на свободу — как, например, в песне, записанной Вильгельмом Гартеве­льдом в 1908 году в Сибири:

Как настанет весна, я окончу свой срок,
Из тюрьмы я на волю пойду.
По лесам и лугам я бродяжить пойду —
Как настанет весна, я пойду.

Приводить примеры можно бесконечно, но важно здесь одно: весна — особым образом семантически нагруженное время года в тюремных песнях. Просыпаю­щаяся жизнь природы влияет на внутренний мир героя-арестанта, оттеняет безжизненность тюремного заключения, навевает воспоминания о прошлом, располагает к грезам и размышлениям.

Мечты, воспоминания и мысли, которые приходят в голову заключенному (особенно весной), в песенных текстах касаются прежде всего возлюбленной: верной и ждущей или, наоборот, забывшей и предавшей. Таков второй рас­хожий мотив тюремной лирики, который использует Михаил Круг: тюрьма и воспоминания о женщине. Пробудившаяся память заставляет лирического героя «вместе согрешить» «с той девочкой, что так давно любил». Приведем фрагменты из разных песен второй половины ХХ века:

…А вечер хороший такой наступает,
И слышатся звонкие песни девчат.

<…>

Не бери во вниманье, что я заключенный,
Ведь чувства мужские таятся в груди,
Судьбой и обидой я так утомленный,
Осталось немного сидеть впереди.

Давай, дорогая вести переписку,
Остывшее сердце ты мне отогрей…

(песня «Весна наступает, весь мир оживает…»)


Вешние воды бегут с гор ручьями,
Птицы весенние песни поют.
Горькими хочется плакать слезами,
Только к чему, все равно не поймут.

<…>

Вспомнишь о воле: былое веселье,
Девичий стан, голубые глаза…

(песня «Вешние воды бегут с гор ручьями…»)


Над тюремным окошком бродит ночка шальная,
На озябшие руки я в бараке дышу.
О тебе вспоминаю день и ночь, дорогая!
Голубую записку торопливо пишу.

(песня «Голубые записки ты мне часто писала…»)

В старых блатных песнях воспоминание о возлюбленной и обращение к ней нередко решалось совсем в других интонациях:

Вы скажите моей курве,
Что я снова осужден
На два года с половиной
И особых прав лишен.
Нет ни сахару, ни чаю,
На окошке просижу,
А как выйду на свободу
Тебе, курва, отомщу.

Но это не меняет дела: первая мысль в тюрьме — о ней.

В предпоследнем из приведенных выше фрагментов встречается и еще один образ, использованный в «Централе», — тюремное окно. Мотив, воплощенный Кругом в строках «…и лучики тепла / Доверчиво глядят в мое окно», сводится примерно к следую­щему: свет солнца или звезд через тюремное окошко будит в нем мысли или чувства. Окно или решетка, с одной стороны, высту­пает гра­ницей, отделяющей арестанта от внеш­него мира и вольной жизни, а с другой — единственным каналом связи между ними:

Хмуро в небо гляжу я сквозь решетку стальную
Вдруг увидел вдали караван журавлей.

(песня «Здесь, под небом чужим, я как гость нежеланный…»)

или

И вот меня побрили и костюмчик унесли,
На мне теперь тюремная одежда.
Квадратик неба синего, и звездочка вдали
Сияет, как последняя надежда.

(песня «Когда с тобой мы встретились, черемуха цвела…»)

«Лучики тепла» в этом отношении ближе всего к тексту, который, скорее всего, не был знаком Кругу: к стихотворению Ивана Сурикова «Птичка и солнечный луч» (1860–70-е годы), являющемуся, в свою очередь, поэтическим перело­жением сказки Ганса Кристиана Андерсена «С крепостного вала». Это стихо­тво­рение под разными заголовками часто публиковалось в песенниках рубежа XIX–XX веков, но было ли оно в действи­тельности песней, неизвестно. Сюжет его таков: в окно преступника заглядывает луч солнца, затем прилетает птица и начинает щебетать, и от этого вторжения природы у угрюмого, озлобленного преступника пробуждаются новые для него светлые чувства. Приведем несколько фрагментов:

За крепкой, железной решеткой,
В холодных и тесных стенах,
Лежит на истлевшей соломе
Угрюмый преступник в цепях.

Вот луч заходящего солнца,
Играя, упал на окно.
Ведь солнце лучи рассыпает
На злых и на добрых равно.

<…>

Вот птичка к окну прилетела
И с песнею села за ним.
Ведь птичка-певунья щебечет
Равно и хорошим и злым.

<…>

Но легче на сердце; светлеет
Лицо, злые думы бегут,
И новые мысли и чувства
В душе одичалой растут.

Ему самому непонятны
Те мысли и чувства, — они
Лучу золотистому солнца
И нежным фиалкам сродни.

Мотив окна или решетки, через которые заключенный наблюдает звезды или солнце, в тюремной лирике часто используется как инициальный, открываю­щий лирический сюжет. Причем не только в старых арестант­ских песнях, многие из которых восходят к стихотворениям поэтов XIX века, но и в более поздних произведениях, вплоть до песен «русского шансона».

Вечер за решеткой догорает,
Солнце тает, словно уголек,
На тюремных нарах напевает
Жалобную песню паренек.

(песня «Вечер за решеткой догорает…») 


Первое солнышко марта,
И над «Бутыркой» —
И над «Бутыркой» —

Неба клочок голубой!
Нету мне фарта —
Нету мне фарта —
Встретиться скоро с тобой.
Первое солнышко марта,
Встретиться скоро с тобой.

(песня «Первое солнышко» (2000), группа «Лесоповал»)

Мы не знаем, был ли Михаил Круг знаком с процитированными песнями. Со всеми — конечно, нет; с некоторыми — вероятно. Но очевидно, что в том или ином виде и в том или ином объеме он был в курсе традиции русской тюремной песни (из его интервью и биографических фактов известно только, что он слушал тюремную лирику, в частности в исполнении Аркадия Северного и Владимира Высоцкого). И во «Владимир­ском централе» он под­ключается к традиции, не только используя три наиболее ходовых и опозна­ваемых мотива тюремной песни, но и объединяя их в лирическом сюжете: лучи весеннего солнца светят через окно в камеру и пробуждают в заключенном воспоминания о прежней любви. 

«Но не очко обычно губит, а к одиннадцати туз» — что это значит?

В финале припева «Владимирского централа» есть интригующая строка, которую чаще всего обсуждают в связи с песней: «Но не очко обычно губит, а к одиннадцати туз». Если не уходить далеко в историю карточной символики в культуре, а ограни­читься беглым ретроспективным взглядом на песенную традицию, на которую ориенти­рован русский шансон, то можно увидеть, что тема карточной игры присут­ствует в воровских и тюремных песнях в трех вариантах. Во-первых, здесь весьма распро­стра­нен мотив гадания (часто сбывающе­гося). В блатной лирике цыганка с картами обычно предсказывает «мальчишечке» тюремное заключение — так, именно об этом поется в извест­ной и любимой русскими шансонье песне «Таганка», самая ранняя версия которой относится к 1930-м:

Цыганка с картами мне нагадала,
Дорогу дальнюю казенный дом.
Быть может, старая тюрьма центральная
Меня, несчастного, по новой ждет.

На картах гадает мать арестанта, желая узнать его судьбу, как в песне «Вот уж год, как я пропал в тумане…»:

Ты сидишь и карты раскладаешь
С королем бубновым на столе.
Та же масть и та же доля злая
Вот уж год как выпадает мне.

Второй вариант включения темы карт в блатные песни — игра как часть атмосферы криминального мира. Вот как описывает одна из классических блатных песен «Гоп-со-смыком» жизнь блатного на воле: 

А как из тюрьмы выйдешь, то халтуру удишь.
Что в тюрьме сидел, то все забудешь,
Быстро схватишь карты в руки,
Полчаса — не носишь брюки,
Если не везет, что делать будешь?

Третий вариант — непрямое, метафори­ческое использование образов карточ­ной игры, и здесь, чтобы понять смысл иноска­зания, нужно знать правила и терминологию. Таких случаев значительно меньше, чем песен с мотивами гадания и игры, — и имен­но таким образом использует образный потенциал карт Михаил Круг: «Не очко обычно губит, а к одиннадцати туз» — здесь подразумевается, что не просто карточный проигрыш сгубил героя, а некото­рая жизненная ситуация, представленная в песне через ситуацию в конкретной карточной игре. 

Речь идет об игре в «двадцать одно», иначе называемой очко, которая известна в России по крайней мере с начала XX века. В очке обычно используется колода из 36 карт, в которой туз — 11 очков, король — 4 очка, дама — 3 очка, валет — 2 очка, остальные карты — по своему номиналу. Смысл игры — запрашивая у раздающего (банкующего) по одной карте, набрать в сумме 21 очко (собствен­но, очко) или число очков, макси­мально приближающееся к нему, но не пре­вы­­шаю­щее его. «Перебор» автоматически является проигрышем. В песне Михаила Круга с героем случается именно это: он получает «к одиннадцати туз», то есть набирает 22 очка и проигрывает. 

Но ответ оказывается удовлетворительным не для всех: а почему губит «не очко» — разве оно должно губить, если это выигрыш? Так, например, журналисты интернет-издания Life провели мини-расследование, резуль­таты которого изложили в материале под названием «„Очко“ губит. Тайна песни „Владимирский централ“». Авторы пришли к выводу, что Михаил Круг поет о так называемом банкирском очке, сумма карт которого равна 17: «Такое „очко“ обычно не губит», — пишут они. По-видимому, на эту версию их вдох­новило выражение из предыдущей строки: «Когда я банковал, жизнь разме­няна»: если понять все буквально, то герой держит банк (раздает) и ему не выпадает его банкирское очко, а приходит предательская комбинация. Однако едва ли Круг подразумевал столь специальный смысл используемого выражения.

Знаток криминального искусства и быта Фима Жиганец (Александр Сидоров) в том самом расследовании Life сообщает, что: «Это старая тюремная пого­ворка, Михаил Круг ее использовал в более цензурной форме. В оригинале она звучала так: «Лучше б Ленин в жопу ****, чем к одиннад­цати туз»  Слово под звездочками мы печатать не мо­жем, но вы без труда найдете поговорку в интернете.. Потому что это такая ситуация проигрышная в игре, понятно? Но перво­начальный смысл был не про игру в карты, а про философию жизни пацана. Смысл в том, что не азарт губит бродягу и не стрем­ление проиграть последнее, а невезуха и попадалово».

Поговорка существовала и в более близком виде к тому, в котором ее исполь­зует Круг. Так, фразу «Не очко меня сгубило, а к одиннадцати — туз!» писатель Андрей Битов использует в качестве эпиграфа в части «Игра» повести «Обосно­ванная ревность» (1976). Ее же произносит один из представителей крими­нального мира в советском детективном фильме «Про­щальная гастроль „Артиста“» (1979, режиссер Александр Файнциммер).

Та же эпоха в жизни преступного мира воспроизведена в романе по воспоми­наниям о тюремных событиях «Зазаборный роман (Записки пассажира)» Владимира Бороды. Если верить автору, эти события он наблю­дал сам, когда сидел с 1978 по 1984 год по политической статье. Интересующее нас выра­жение Борода приводит среди других выражений, используемых зэками во время игры в карты:

 «Сижу на шконке, смотрю сверху на жизнь хаты. Несколько человек спят, Лысый и Шкряб играют самодельными картами в очко на носы. <…>
     — Себе не вам, говна не дам!
     — Hе очко меня сгубило, а к одиннадцати туз!
     — Ой мама, ходи прямо!
     — Hе ходи налево, тама королева!
     — Туз не груз!
     — Очко, пардон, ваш нос!
     И с оттягом, от всей души, лупят друг друга в случае проигрыша».

Здесь же привлекает внимание и еще одна поговорка — «Туз не груз!» — которая отсы­лает к круговской рифме в припеве (а точнее предвосхищает ее). Случай использования рифмы «груз — туз» встречаем в стихотворе­нии Виталия Ханинаева «Игра» (1978), посвя­щенном Андрею Битову и, судя по датировке и названию, навеянном упомянутым выше рассказом прозаика:

Смерть мне радости сулила,
сбросил жизни тяжкий груз.
«Не очко меня сгубило,
а к одиннадцати — туз!»

Какие ситуации описаны с помощью этой поговорки? С одной стороны, к жизненному краху приводит жажда наживы — неслу­чайно у Битова герой вспоминает эту поговорку вместе с другой, более употреби­тельной и сино­нимичной ей: «Жадность фраера сгубила». С другой стороны, речь может идти о роковом невезении. Например, в политическом стихотворении Валерия Патрушева «Выборы» (2004), фраза «к один­надцати туз» обозначает неудачу, облом при, казалось бы, возможном ином исходе:

На что надеяться народу,
не важно — против или за?..
Тасуем старую колоду
в надежде вытащить туза.
И нас, как прежде, угнетает
фальшивых обещаний груз.
Наш туз, он, если выпадает,
всегда к одиннадцати туз.

Получается, картежная метафора, состав­ляю­щая одну из наиболее запоми­нающихся строк «Владимирского централа», не изобре­тена Кругом. Вместе с тем фразой «Когда я банковал» автор достраивает готовую метафору. Возможно, она намекает на то, что в то хорошее время лирический герой контролировал ситуацию, и одновременно констатирует, что это не только не спасло его от жизненного краха, а может быть, и приблизило его.

Однако особенность круговского текста как раз в том, что конечный смысл метафоры остается — и, по-видимому, должен оставаться — до конца непонят­ным. Оба прочтения — и «жадность фраера сгубила», и «судьба-злодейка» — равно возможны, а единственно правильного нет. Контекст скуп и работает главным образом на анту­раж, а не на сюжет, не уточняет ситуацию, а, наобо­рот, размывает фокус. Ясно, что хорошая жизнь была, а потом оберну­лась неприятностями, которые и довели героя до централа. Считает ли он ви­новным в этом себя или судьбу — неясно, как неясно и то, что, собственно, произошло с «перебрав­шим» героем: совершил ли он слишком рискованное преступление и попался, пере­шел ли кому-то дорогу в своих неумеренных аппетитах или просто по-крупному не повезло. Возможно, на эффекте размы­тости сообщения в сочетании с банально­стью образного ряда и построено в значи­тель­ной степени обаяние песни.  

другие материалы на эту тему

 

Лекция «Блатная песня: почему ее знают все»

 

Всё о песне «Мурка»

Кто такая Мурка, как она стала цыганкой и Любкой и за что ее убили

 

На каком языке говорили преступники XVIII века

Что такое опальная рухлядь, утечка и шумство

 

5 книг о несвободе

Фуко, Кропоткин и записки из женского СИЗО

 

От татей к главарям: история организованной преступности в России

Казацкий жаргон, Сонька Золотая Ручка и петербургские трущобы

Тюрьма и Россия – аналитический портал ПОЛИТ.РУ

 

Мы публикуем расшифровку лекции директора Центра содействия реформе уголовного правосудия Валерия Абрамкина и заместителя директора этого центра Людмилы Альперн, прочитанной 10 марта в клубе-литературном кафе Bilingua в рамках проекта “Публичные лекции Полит.ру”, с некоторыми дополнениями и исправлениями, внесенными авторам.

 Один из наших прошлых лекторов назвал Валерия Абрамкина и его центр  “национальным достоянием”.  В советское время Валерий Абрамкин работал ученым-атомщиком, лесорубом, кочегаром, церковным сторожем. В 1979 году был арестован, год провел в Бутырке и три года в лагере на Алтае, где снова был приговорен по той же 190-1 статье  УК (“Распространение клеветниченских измышлений, порочащих советский общественный и государственный строй”), только смерть Черненко спасла его от смерти в ШИЗО Красноярской “шестерки”. С конца перестройки работает над изменением чудовищных порядков в тюрьме средствами законодательной, популяризаторской и общественной деятельности. Совсем недавно окончилась эпопея с освобождением девочки-подростка, незаконно осужденной из-за непрофессионализма, равнодушия и жестокости системы и отдельных ее представителей. 

Интересно, как содержание лекции влияет на то событие, которое в результает получается. Так например, лекция Глеба Павловского содержала элементы политического шоу – с митинговой атмосферой и выкриками с мест. Лекция Валерия Абрамкина из-за в общем-то случайных обстоятельств все время не помещалась в формат лекции и вырывалась из всех возможных регламентов  – большая часть обсуждения перенеслась в начало (см. Выступление Людмилы Альперн и вопросы к ней), важной частью стало изсполнение советской и дореволюционной тюремных песен, основная часть лекции была начата на час позже и т.п.

Главное же ителлектуальное движение лекции – прорыв к социальной реальности, тезис о невозможности государственного дела без знания традиции, уклада, культуры – очень близко к замыслу и смыслу в том числе и нашего  лекционного проекта.

Фото и графики печатаются с любезного  разрешения Центра содействия реформе уголовнного правосудия.

 

Выступление Людмилы Альперн

Людмила Альперн: Я не знаю, почему Виталий Найшуль назвал наш центр национальным достоянием; возможно, у него были на это причины. Честно говоря, мне трудно их комментировать. Я, конечно, могу рассказать кое-что об организации, в которой я работаю довольно давно, а Валерия Федоровича Абрамкина я знаю со своих семнадцати лет, я узнала его еще до того, как он стал политзаключенным. Вся эта история мне достаточно близка.

Центр существует с 1988 года, то есть это общественная правозащитная организация, которая начала свою службу отечеству еще при советах. Таких организаций сейчас практически нет, кроме тех, кто еще начинали в свое время заниматься антисоветской деятельностью: Московская Хельсинская группа и иже с ними. Это редкий по долгожительству эксперимент.

Центр был основан опаздывающим ныне Валерием Федоровичем, когда он освободился после шестилетнего тюремного срока, на который он был осужден по статье 190-й прим. — за антисоветскую агитацию и пропаганду. Сейчас этой статьи, как известно, в Уголовном кодексе пока еще нет. В начале 90-х ее убрали, появится ли она в каком-то виде вновь, мы не знаем.

Валерий Федорович по этой статье просидел два срока, потому что максимальным положенным сроком были три года. А он сидел шесть лет, потому что еще три года ему присудили прямо в местах лишения свободы, там он как бы продолжал агитировать и пропагандировать против советской власти. Если бы не горбачевская «оттепель», может быть, он бы оттуда и не вышел. Но все случилось так, что он вышел.

Так получилось, что он настолько проникся проблемами тюрьмы и осужденных, что в 1988 году (освободился он в конце 1985 года) он основал эту организацию — «Общественный центр содействия реформе уголовного правосудия», как она называется сейчас, а раньше она называлась «Тюрьма и воля». В Интернете есть одноименный сайт, который считается одним из самых профессиональных по данной теме. Он достаточно информативен, там много редкой информации и других интересных вещей: фотографий, рассказов, басен, тюремной субкультуры, словарей тюремного мира и так далее. Адрес очень простой: prison.org.

За почти семнадцать лет существования организации она прошла много разных путей и сейчас, видимо, дошла до той точки, когда в глазах некоторых культурологов она стала считаться национальным достоянием. Может быть, если бы нашей организации был придан подобный официальный статус, мы получали бы средства для нашей деятельности от государства. До настоящего момента мы не получили ни копейки. Тогда наше положение было бы более твердым и более значительным, и могли бы более серьезно влиять на эту проблему, хотя мы и так стараемся.

Что касается деятельности организации в настоящий момент, то она достаточно разносторонняя.

Во-первых, нашей гордостью является передача на «Радио России», которая выходит раз в неделю и называется «Облака». Это радиопередача для заключенных, их родственников и всех, кто интересуется этой темой. Это действительно очень редкое явление, потому что радиопередача выходит еженедельно уже более десяти лет. И когда мы приезжаем в тюрьмы, мы не называем имени нашей организации, потому что его невозможно выговорить. «Откуда вы?» — спрашивают нас заключенные. «Мы из «Облаков»». И тогда все становится понятно. Что такое «Облака», знает каждый зек из почти миллиона людей, которые постоянно находятся в России в местах лишения свободы, а также участники 300-тысячной ротации (каждый год столько садится и столько выходит), их родственники. Это достаточно известная передача; правда, можно считать, что в узких кругах.

Во-вторых, центр занимается публикациями. Мы публикуем специальные материалы для осужденных и подследственных, при помощи которых они могли бы сами себя защищать. Надо иметь в виду, что в нашей стране практически не работает юридическая помощь. Адвокат работает очень непродуктивно и стоит дорого. Люди, не понимая того, что с ними происходит в местах лишения свободы, не зная всех кодов и языков этого очень специфического мира, оказываются совершенно безоружными. И мы помогаем им, чтобы они могли понять, что происходит, что такое процессуальные нормы, какие существуют процессуальные действия, как можно написать надзорную жалобу, как можно написать другие ходатайства и жалобы, чтобы по крайней мере чувствовать себя не совсем бездействующим, не материалом, а более или менее активным человеком, лицом.

Кроме того, наша организация занимается достаточно активной просветительской деятельностью. Уже в течение семи лет мы проводим практически постоянную выставку под названием «Человек и тюрьма». Много раз она экспонировалась в течение месяца и более в Политехническом музее, это достаточно крупная площадка. Как передвижники, мы ездили с ней по России; не по тюремной России, а по пока еще свободной, и показывали людям, что с ними будет происходить, когда они окажутся в тюрьме. Некоторых это интересует.

Мы стараемся переписываться с российской тюрьмой. Ежегодно мы получаем до 15 тысяч писем изо всех мест лишения свободы. В основном к нам обращаются люди, получившие сроки, но иногда не брезгуют даже и тюремщики. Они просят нас о всякого рода помощи, и мы при возможности им ее оказываем.

Виталий Лейбин: Мне бы хотелось теперь перевести разговор на собственно тюремную реальность.

Не могли бы вы по опыту вашей работы описать эволюцию тюремной системы за последние 10-15 лет, наблюдались ли какие-нибудь точки, когда можно было сказать, что происходит кардинальный перелом? Возможно ли как-то периодизировать эту историю? Что там есть из того, что отличает ее от истории советской тюрьмы?

Альперн: Я не знаю, что будет рассказывать Валерий Федорович, и не хотела бы перебивать ему всю малину своими внедрениями, поэтому я не стану предаваться всему тому, о чем вы спрашиваете.

Что касается перемен в тюремной системе, — может быть, Валерий Федорович скажет что-то другое — то наиболее важный, на мой взгляд, решительный крен произошел в 1998 году, когда система была передана в ведение Министерства юстиции и вынута таким образом из МВД. Главным в этом было то, что следователи и тюремщики перестали быть в одном ведомстве. А когда люди в одном ведомстве, они обычно стараются поддержать ведомственные интересы, и поэтому на подследственных и даже осужденных оказывалось очень мощное давление в следственных изоляторах, существовали так называемые «пресс-хаты», куда человека можно было поместить и сделать там из него что угодно, любую форму существования органического вещества, для того чтобы добиться того, что нужно следователю. С этот момента произошло расхождение интересов тюремщиков и интересов следователей, и они расходятся все дальше.

Спальное помещение Кировоградской тюрьмы

 

Главная идея преобразования тюрьмы, идея новаций идет из тюремного ведомства, потому что оно осознало свое неприличное лицо в глазах мира, Европы. Наши тюремщики ездят по западным тюрьмам, посещают Совет Европы и постепенно набираются желания придать своему месту работы какой-то человеческий оттенок. И надо сказать, что им это, как ни странно, удается.

Это, как мне кажется, главная точка перегиба, которая была достигнута в 1998 году. Но с начала 90-х постоянно шел рост тюремного населения. В последние советские годы тюремное население было гораздо меньше, чем, скажем, в начале 2000-х годов, когда его численность превысило миллион.

Если брать Совет Европы, в который входит 41 страна, то могу вам сообщить факты, которые в свое время потрясли меня: 41 страна Европы имела тюремное население 2 миллиона, даже меньше, 1 900 000. Из них больше миллиона принадлежали одной стране, нашей стране. Это было ужасно, особенно если сравнить нетюремное население: наши 145 миллионов и почти 800 миллионов в Европе. Это то, что характеризует постсоветское, постГУЛАГовское положение российской тюрьмы, и очень сильно отличает эту тюрьму от европейской. Однако это не очень сильно отличает ее от тюрьмы американской, с которой мы все время соревнуемся, то уменьшая, то увеличивая тюремное население. Соревноваться у нас не очень хорошо получается, американская тюрьма — это более двух миллионов человек, и, как известно, Соединенные штаты имеют более чем в два раза большее общее население. Причины разные, но результат одинаковый. В Европе же ничего такого пока не происходило и не происходит. До Америки нашим тюремщикам далеко, а в Европу они ездят, что, как нам кажется, очень положительно сказывается на развитии тюремного дела в России.

Лейбин: Этот слом, произошедший в 1998 году, это слом формальный, или он уже отразился на том, как реально выглядит тюрьма? Если совсем конкретизировать, то можно вспомнить о книжке Валерия Федоровича «Как выжить в советской тюрьме» — надо ли сейчас писать другую книжку?

И второе, чего я не понял. Откуда вдруг появился рост заключенных до миллиона человек?

Альперн: Начну со второго вопроса. Мы живем в эпоху перемен. Тюрьма является социальным институтом, и многие проблемы, которое государство, грубо говоря, не может решить со своим населением мирным путем, оно решает с помощью тюрьмы.

Безработица, огромное количество необеспеченных, отсутствие четкой власти привели к тому, что появился крен в сторону увеличения бытовой преступности. Надо сказать, что главным образом она увеличивалась за счет краж, причем краж незначительных. Это были кражи, которые можно назвать смешными, если попытаться выразить их в денежном эквиваленте. Тем не менее, это было повальное явление, которое свидетельствовало о социальной неустроенности населения, не имевшее возможности иначе решить свои насущные вопросы.

Малолетки в камере

 

С этими явлениями стали бороться при помощи тюрьмы. И люди повалили в тюрьму за мелкие кражи, причем статья, которая определяла ответственность за это преступление, относилась к статьям средней тяжести, и был положен срок до пяти, даже до шести лет. Наверное, все слышали о гусях, о мешках зерна, о картошке, о кроликах — со всеми этими зверьми и пищевыми отходами люди попадали на срок в 3-4 года и сидели вовсю в настоящем ГУЛАГе со всеми вытекающими последствиями.

Это тюремная субкультура, это очень жесткое иерархическое устройство общества внутри тюрьмы, которое накладывает на человека неизгладимый отпечаток. Человек, который три-четыре года отсидел в тюрьме, никогда не станет таким, каким он был раньше. Он будет влиять и переносить эти, так сказать, вирусы и микробы дальше. Он будет влиять на свою семью, если она у него осталась, на окружающих, и так далее. Это очень сильное влияние, которое Россия испытала на себе в полной мере при очень большом тюремном населении, при постоянной ротации, при определенной героизации тюремного мира. Это действительно мир мученичества, это правда. Тюремная субкультура вылилась в население и стала альтернативной культурой, а может быть, уже и приближается к тому, чтобы стать основной.

Не знаю, туда ли я вас завела…

Лейбин: Туда. На самое интересное место. По своим основаниям эта культура осталась советской? По своему устройству, по тому, как она переносится во внешний мир.

Альперн: Я не думаю, что ее можно назвать советской. Любое закрытое общество — даже любая фирма — имеет свою субкультуру. Это закон существования некой человеческой группы.

Что касается той лагерной тюрьмы, которую мы имели в советское время, то многое осталось до сих пор, поскольку наша тюрьма и сейчас имеет лагерную суть, и то, что называется «колонией», является в действительности лагерем. Каждый, кто бывал в пионерском лагере, знает, что такое лагерь. Многие люди, которые приезжают посещать тюрьмы, говорят: «Господи, это же пионерский лагерь!» Да, действительно, это похоже. Или, скажем, люди которые служили в армии, тоже знают, что такое лагерь, эту форму устройства жизни, которая, как я думаю, свойственна не только советскому периоду, но вообще русскому обществу.

Когда-то я думала, что ГУЛАГ является порождением наших доблестных коммунистов, большевиков, однако когда я взялась за изучение истории российской тюрьмы, то оказалось, что это полное продолжение того, что было при царях, что это та же самая каторга, что устройство ее очень близко. Я не сказала бы, что это является свойством советской системы. Скорее, это свойство менталитета, свойство русской культуры.

Лейбин: А откуда у тюремного начальства мотивация производить какие-то реформы? Она чисто внешняя?

Альперн: Я не думаю, что она внешняя. Например, главным реформатором в тюремном деле является тот орган, который возник после трансформации, когда Главное управление исполнения наказаний — ГУИН, отдельный блок в Министерстве юстиции — превратилось в Федеральную службу исполнения наказаний. Это последняя реформа, новую аббревиацию красиво уже и не выговоришь. Так вот руководителем этой федеральной службы является Юрий Иванович Калинин, который давно при тюремном деле. Он является главным реформатором.

Мальчик на пороге камеры

 

Эти идеи он выражает давно и настойчиво. Он считает, что в тюрьме должно остаться не более 10-15% имеющегося населения, потому что эти люди являются криминалитетом. Остальные же — просто наполнитель, который сильно портится от соприкосновения с криминалитетом и получает от тюрьмы все те качества и свойства, которые в конечном итоге не способствуют снижению уровня влияния этой субкультуры на общество. Это его истинная, как я понимаю, точка зрения, и он считает, что с такой тюрьмой, наверное будет удобно работать, удобно жить, и она будет похожа на то, что есть в Европе. Я считаю, что он вполне знает то, о чем он говорит и чего он добивается, потому что у него достаточно хорошие результаты.

Лейбин: Ваш центр называется центром содействия определенной реформе. Что вы подразумеваете под этой реформой и что, как вам кажется, является сегодня первоочередным объектом для реформирования?

Альперн: Что касается названия, то оно немного непроизносимо. Как я говорила вам, раньше организация называлась «Тюрьма и воля», что было романтично и как-то соответствовало. Но названия, как и заголовки книг Валерия Федоровича, очень часто воруют, и становится непонятно, кто что написал. Поэтому, когда было дано нынешнее название, нам было очевидно, что его трудно украсть.

Но вообще говоря, в этом есть и какое-то рациональное зерно. Мы считаем, что в первую очередь реформы должны заключаться в том, чтобы не сажать людей в тюрьму: поменьше их сажать изначально, не держать их так долго. Сейчас средний срок содержания в местах лишения свободы составляет семь с половиной лет, в Европе — по семь месяцев. Нельзя держать их так долго, чтобы они превращались в какой-то новый вид, отличный от homo sapiens. Тогда те люди, которые все-таки будут попадать в тюрьмы, — этот институт все еще является неизбежным, и от него пока практически ни одна страна отказаться до конца не смогла — с ними можно будет по-другому обращаться, и будут другие последствия отсидки. Они не станут неким материалом, который заполняет эти вольеры. Если человек совершил тяжкое преступление, ему можно будет как-то помочь, может быть, разобраться в том, что привело его к этому деянию, найти ему какие-то варианты жизни, чтобы это была все-таки жизнь, а не существование.

В этом главные направления реформы: сокращение тюремного населения и срока пребывания под стражей.

Конечно, есть и много всего другого. Это очень грубые контуры, и когда попадаете туда, становитесь все ближе и ближе к тюремной камере, вы начинаете видеть другие, тонкие очертания. Они вам совсем не понравятся. Может быть, кому-то и понравится. Там очень мало того, что наполняет жизнь человека на свободе, и чем больше разница между жизнью в камере и жизнью на свободе, тем меньше шансов у человека, который выходит из камеры на свободу, на свободу вернуться. Люди выходят из тюрьмы, но как бы остаются там. Это своего рода пожизненное заключение, и реформа, по нашему мнению, должна состоять в том, чтобы условия содержания не так далеко уводили человека от той жизни, в которую ему придется вернуться.

Лейбин: Как вы считаете, из-за каких процессов в нашем обществе сажают так много и что с этим можно сделать?

Альперн: Эта машина раскручивает все свои колеса и требует топлива. Вообще говоря, эта машина называется государственная уголовная политика. В зависимости от того, какие инструкции и основные направления даются органам, которые входят в систему уголовного правосудия — следствие, прокуратура, судейский корпус — в зависимости от этого все и происходит. Конечно, в этом могут быть элементы стихийности, но в принципе все идет от головы. Есть возможность, и мы знаем эти примеры, когда можно полностью менять уголовную политику, но для этого нужна так называемая политическая воля.

Эти слова все знают, но они действительно что-то описывают. Например, известно, что в Голландии во время Второй мировой войны почти все криминологическое сообщество оказалось в фашистских лагерях. Те криминологи, которые сумели выжить, решили полностью изменить уголовную политику государства. Что они сделали, добившись каких-то постов в министерствах и так далее: они привели свою страну к тому, что тюрьма почти не использовалась, так как они поняли на своей шкуре, каково это — сидеть, что при этом с человеком происходит и почему этого не надо делать. Вот и все.

Лейбин: Если мне не изменяет память, у Валерия Федоровича была фраза: «Вернуть тюрьмы народу». Что имеется в виду под этим?

Альперн: Знаете, это действительно гениальная фраза — вообще, Валерию Федоровичу, безусловно, свойственен момент гениальности. Что имеется в виду: тюрьма не должна существовать в некоем вакууме. Так как люди из народа приходят в тюрьму и из тюрьмы они выходят в народ, то народ должен понимать, что в тюрьме происходит. Главное в этом заключается в том, что не должно быть разрыва между тюрьмой и тем, что сейчас модно называть не народом, а гражданским обществом. Чтобы существовал постоянный контакт.

Кстати, это очень хорошо иллюстрируют разные западные практики: там существуют разные организации: религиозные, студенческие, ветеранов вооруженных сил, пенсионеров, которые работают с заключенными. Они получают разрешение в своих муниципалитетах, приходят в тюрьмы и обучают заключенных каким-то наукам, помогают им в трудные психологические моменты, заменяя им родственников. Это популярно, это считается престижным. Человек, который может помочь другому, оценивает себя иначе. Возникает некий контакт, который соединяет тюрьму с обществом и не делает ее до такой степени изолированной, чтобы ее субкультура превращалась во что-то совершенно отличное от того, что принято среди остальных людей.

Ухабов-Богославский: Я хотел бы задать вопрос, возможно, немного философского характера: либеральная тюрьма — это, конечно, хорошо, но ведь тюрьма есть, с одной стороны, инструмент социального исправления, а с другой — наказания. Где найти грань между наказанием, соответствующим преступлению, и исправлением человека? Каково мне будет оценивать, если, например, я буду осознавать, что человек, убивший моего родственника, сидит в тюрьме в довольно-таки мягких условиях, а я скорблю о потере близкого?

Альперн: Вы знаете, это очень сложный вопрос. Его можно разбить на целую серию вопросов или ответов, потому что все это не совсем очевидно. Этот вопрос в общем виде не решен. И сколько будет существовать тюрьма, столько он не будет решен.

Что касается исправления тюрьмой, то это иллюзия. Исправления не наступает практически никогда. Наказание наступает, и природа тюрьмы, как сказал один очень известный философ, «такова, что даже новейшее медицинское оборудование становится орудием пытки». Все, что вы приносите в тюрьму, становится орудием наказания, потому что это ее природа, это так называемое дисциплинарное пространство, в котором наказывается любой человек, будь это осужденный, заключенный, будь это сотрудник, будь это даже тот, кто приходит туда как посетитель. Он мгновенно чувствует всем своим существом, организмом, насколько это тяжело — находиться здесь.

Мне, например, доводилось бывать в тюрьмах разных стран, в частности, в Западной Европе, и я была один раз в одной женской тюрьме недалеко от Лондона, которая, на взгляд постороннего наблюдателя, представляла собой просто-напросто райский уголок. Там были все необходимые английские ландшафты, замки и тому подобное, женщин там было немного, и наказаны они были не за суровые преступления, но когда я начала с ними разговаривать, я поняла, что их наказание для них слишком тяжело. Они попали туда из разных регионов Англии, и главная их проблема заключается в том, что они абсолютно не имеют контактов со своими детьми. И это такое по силе наказания, что оно ничем не может быть смягчено. Всех этих ландшафтов ты просто не видишь. И эти невидимые для внешнего наблюдателя элементы тюрьмы, которых огромное множество и каждый из которых является необыкновенно мучительным для человеческого существа, и составляют наказание в либеральнейшей из тюрем. А в наших тюрьмах наказания грубые. Если кто-нибудь, не дай Бог, убьет вашего родственника, он будет находиться в условиях, в которых медведи не выживают, поэтому вы будете вполне довольны его наказанием.

Вопрос из зала: Что, на ваш взгляд, является основным отличием западной тюрьмы от нашей, что бросается в глаза в первую очередь?

Лейбин: Как кажется, классификация была несколько сложнее: тюрьма российская, европейская и американская.

Альперн: В общем, европейская и американская тюрьмы по своему устройству смыкаются, поскольку процесс формирования тамошней современной тюрьмы был в целом единый, он происходил в начале XIX века. В то время они перешли от группового содержания заключенных к индивидуальному, были построены так называемые пенитенциарии, в основу которых лежала светлая религиозная идея: если человек не будет сидеть с себе подобными, а будет находиться в отдельной камере, то тогда он исправится, потому что сможет обращаться к Богу и так далее. Иными словами, европейская и американская тюрьмы устроены как камерные тюрьмы. И в камере может быть по несколько человек.

А у нас устройство тюрьмы лагерное. У нас в колониях осужденные живут в комнатах, назовем это так, в которых вместе с ними еще находятся еще 100 человек. Это отличает нашу тюрьму коренным образом. На индивидуалистическом западе принято индивидуальное несение своего наказания, а у нас групповое. И это же включает в себя все прочие элементы: как ты живешь там, как ты отвечаешь за все, что делают другие, как происходят групповые наказания. Ты полностью отвечаешь за проступки других, как будто бы ты сделал это сам.

На западе это невозможно, потому что там совершенно другая культура, другая ментальность. Там человек — это единица измерения нации, а у нас в качестве единицы измерения выступает группа людей. И это полностью переносится на устройство тюрьмы.

Вопрос из зала: Не наблюдается ли тенденции к ужесточению отношений между заключенными и к появлению внутритюремного экстремизма? Например, я слышал что-то подобное про подростковые зоны. И связано ли это с ужесточением уголовной жизни вне зоны?

Альперн: Конечно, это трудно оценивать даже за какой-то более или менее определенный период времени. Смена тюремной культуры происходит постепенно. Например, когда сидел Валерий Федорович, существовали строгие положения насчет поведения, тюремные касты, — это касается мужской тюрьмы, мужская и женская тюрьмы исключительно разнятся — были определенные касты, так называемые масти, чье поведение регламентировалось, так что можно было понять, как себя вести и что будет происходить в тех или иных случаях. По мнению нынешних наблюдателей, сейчас происходят некие субкультурные изменения, которые в итоге не сформировали еще какого-то определенного положения. Эти изменения связаны даже не с переполнением тюрем, а с тем, что меняется культура в обществе. Раньше мы жили при советах, это были одни ценности, а теперь у нас другой политический строй, и все это влияет.

Девочки, идущие строем

 

Насколько это лучше или хуже, мягче для человека или жестче, мне очень трудно судить, поскольку это настолько индивидуально и настолько далеко от моего женского восприятия… А статистики такой пока нет. Речь идет о сменах каст, о том, что сейчас, например, идет интересный процесс, связанный со снижением режимов. Например, для женщин сейчас существует только один общий режим содержания. Для мужчин существует строгий, общий, особый и тюрьма — четыре режима содержания по степени строгости. Последние законодательные новации привели к тому, что часть статей была декриминализирована, снижена, и было необходимо менять режим содержания для осужденных. Люди, которые сидели на строгом режиме, должны были перейти на общий. Это оказалось очень существенным, потому что на строгом режиме все эти разделения на касты достаточно жесткие, и человек, который умеет жить таким образом, чувствует себя комфортно. На общем режиме, где нет сформированной прослойки криминалитета, где преступления, так сказать, размазаны и сообщество достаточно пестрое, эти правила не соблюдаются, и человек, который попадает со строгого режима на общий, чувствует себя чрезвычайно дискомфортно.

Например, это касается касты «опущенных», о которой знают все, кто занимается этой темой. Это не самое низкое, но достаточно тяжелое для человека существование. Есть целый ряд запретов, который должен выполнять сам человек и которые должны выполнять по отношению к нему другие. В колонии строго режима это очень четко обозначено, например, посуда, из которой едят «опущенные» определенным образом помечена, и никогда нормальный мужик или представитель более высоких каст не дотронется до этой посуды, иначе возникают вполне существенные психологические проблемы. А вот в колонии общего режима начальство взялось бороться с этой криминальной субкультурой, и они стали меченую посуду выбрасывать, а всех заставляли ходить в столовую и есть из той миски, которую дают. Это приводило к тому, что люди отказывались есть, отказывались ходить в столовую, их наказывали штрафными изоляторами. То есть вместо того, чтобы получить смягчение режима, они оказывались в ситуации, гораздо более худшей, потому что, например, они не могли уйти по досрочному, так как все время нарушали режим, потому что не могли смириться с новой ситуацией.

Такого рода сломы и изменения происходят постоянно, но они происходят медленно. Требуется десяток лет или больше, чтобы определиться, во что вылилась та или иная законодательная инновация или те или иные изменения в обществе в целом. Тюрьма и общество — это сообщающиеся сосуды, и уровень жидкости везде одинаковый.

Лейбин: А какой, приблизительно, процент российского населения сейчас прошел через тюрьму?

Альперн: У меня своих личных данных по этому вопросу нет, но те данные, которыми оперирует наш центр, говорят об очень высоком проценте. Если брать только мужское население, то получается, что около четверти его имело те или иные соприкосновения с тюремной субкультурой.

А если мы присоединим сюда и армию, которая по своему субкультурному устройству очень близка к тюрьме, то этот процент еще возрастет; разница между сообществами не слишком велика.

Илья Гурьянов: В какой степени тюрьма является способом исправления индивидуума и в какой степени она является способом отложения проблемы исправления не некоторый будущий неопределенный срок? Существуют ли некоторые практические способы смещения этого соотношения именно в сторону исправления?

Альперн: Как мне кажется, я на этот вопрос уже частично ответила. Я не думаю, что может идти речь об исправлении. Что мы подразумеваем под исправлением? Мы хотим сделать из плохого мальчика или девочки хорошего мальчика или девочку? Это же смешно, это утопия.

Человек действительно очень сильно меняется. Является ли это его исправлением и для чего его так исправляют, это вопрос. Вообще говоря, существует мнение о том, что главное, что наступает с человеком во время его тюремного заключения, это потеря реальной возможности жить в обществе. Человек превращается как бы в младенца. Все навыки, которые он получает с детства от родителей, учителей, все, что является необходимым запасом для социализации человека, в тюрьме уничтожается. Является ли это его исправлением? Я думаю, что нет. Но это действительно является изменением, человек очень сильно меняется.

Туберкулезная камера

 

Для меня всегда стоит вопрос: для чего изменили этого человека? Для какого общества, для какой проблемы, для какого жизненного решения? Я думаю, что это не является главным вопросом, которым занят законодатель.

А вот вопрос наказания, как я уже говорила, решается всегда, потому что стоит вам попасть на территорию любого тюремного учреждения, и вы уже этим будете наказаны.

Лейбин: Есть ли примеры таких инноваций, когда удалось добиться смягчения режима, не вступив при этом в конфликт с субкультурой?

Альперн: Я боюсь, что хороших примеров нет. Опять-таки, понятия хорошего и плохого слишком конкретные, и этими понятия, как мне кажется, нельзя описывать то, что происходит с человеком вообще, — речь не идет о деньгах — и то, что происходит с тюрьмой в&nbs p;частности.

Например, попытки изменить положение «опущенных» всегда плохо кончаются как для них, так и для всего остального тюремного сообщества. По всей видимости, это происходит так, потому что устройство этой иерархической системы требует наличия такого слоя, и без этого слоя она не может существовать, она не даст его сменить или уничтожить.

Но — ура! — прибыл наш главный герой, и я думаю, что могу передать ему слово. Спасибо за внимание.

Лекция Валерия Абрамкина

Валерий Абрамкин: Для начала я хотел бы, чтобы мой старый друг-приятель Виктор вам спел.

Виктор Луферов: Я спою вам одну песню, но я думаю, что есть гигантская разница между мной, поющим ее, и теми, кто поет ее в зоне. Дистанция грандиозного размера. С моей стороны есть только сочувствие, а также понимание и протест против того, как поступает государство с огромным количеством людей, но на этом моя история заканчивается. То, чем занимаются Валера и его центр, это другая история, а то, что происходит с людьми в зоне, третья.

Летит паровоз по долинам, по взгорьям,
Летит он неведомо куда.
Назвался мальчонка вдруг жуликом и вором
И с волею простился навсегда.
Не жди меня мама, хорошего сына,
А жди мошенника-вора.
Меня засосала опасная трясина,
И жизнь моя — вечная игра.
А если я сяду в тюрьму за решетку,
То я решетку подпилю.
И пусть Луна светит своим продажным светом,
А я, все равно я убегу.
А если заметит тюремная стража,
Тогда я, мальчоночка, пропал.
Короткий вдруг выстрел раздастся,
И я сразу сорвался с барказа и пропал.
И кровь почет бесконечной струею,
Прощайте, вы жизни моей дни.
Охрана обступит плотную стеною,
Какие ж ненавистные они.
Я буду лежать в лазарете тюремном,
Я буду лежать и умирать.
А ты не придешь ко мне,
Мать моя родная,
И некому будет провожать.
Постой, паровоз, не стучите, колеса.
Кондуктор, нажми на тормоза.
Я к маменьке родной с последним приветом
Хочу показаться на глаза.
Я к маменьке родной с последним приветом
Хочу показаться на глаза.
Летит паровоз по долинам, по взгорьям,
Летит он неведомо куда.
Назвался мальчонка вдруг жуликом и вором
И с волею простился навсегда.

К песенке я могу добавить, что я бывал в зонах, пел несколько раз в том числе и в зоне с так называемыми «смертниками», — теми, кто получил по двадцать пять лет, — был в подростковой зоне. Я знаю, что бывали такие случаи, когда по абсолютно непонятным причинам, думаю, подсознательным, бывали такие случаи, когда просто выгоняли со сцены и начинался бунт. Люди не хотели слышать и видеть того, кто пел. В моем случае, слава Богу, было даже общение с молодыми ребятами и со страшными уголовниками. И когда я спросил у человека, который отсидел семнадцать лет из двадцати пяти, что он будет делать, какую профессию он нашел, — я спрашивал у двух-трех человек — все говорили, что они будут заниматься тем же самым. Остальное доскажет Валера.

Абрамкин: Я прошу меня простить за опоздание.

Почему я хотел начать с этой песни. Очень много говорят о том, что есть такое отрицательное явление — призонизация общества. В нашу жизнь входят тюремные слова, тюремные песни. По своему детству (будучи этакой интеллигентской шпаной) я помню, что песня “Летит паровоз…” была для нас (в детстве) гораздо интереснее, чем самые популярные советские шлягеры, типа “Я люблю тебя жизнь…”, “Ландыши”, “Нежность”, “Журавли” и т.п. В этом, на самом деле, нет ничего удивительного. По подсчетам бывшего начальника ГУИН Зубкова, каждый третий мужчина — бывший арестант. Я думаю, что он немного ошибается, и это, все-таки, каждый четвертый. И, конечно же, почему бы этой трети мужского населения не быть представленной в нашей жизни. Тюремный язык, лексика, фольклор гораздо более выразительны, интересны, мудрее, чем, например, язык, на котором говорят политики, депутаты Государственной Думы, Президент или эстрадники.

Когда недавно были выборы на Украине, меня замотали оттуда вопросами по поводу слова “козел”. Янукович вроде бы назвал козлами своих противников… Что это значит на жаргоне. Я отсылал любопытствующих к Евангелию. Спаситель называл людей плохих, не соблюдающих заповеди, КОЗЛАМ И КОЗЛИЩАМИ. Видимо, из Евангелия слово козел и попало в тюремный язык. Как много и других слов попало в тюремный язык из Священного Писания, старославянского языка. В словаре Даля, например, есть слово “макитра”. У Даля “макитра” – горшок. В тюремном языке, макитра – голова, макитрить – думать, мозговать.

Давайте я вначале вот что скажу. Вообще-то, есть большая разница между криминальным миром (языком) и тюремным.

Дело в том, что в тюрьме сидит простой русский мужик. Может даже, и не простой; если вспомнить Достоевского, можно предположить, что там осела самая энергичная часть общества, мужской его составляющей.

СИЗО «Матросская Тишина»

 

Я уже много раз говорил о том, что когда я попал в тюрьму, то самым потрясающим впечатлением было то, что, видя людей, с которыми я сидел первый год, я совершенно отчетливо понимал, что если каким-то случайным образом поменять тех, кто сидит в тюрьме, с теми, кто ходит на воле, то ни в тюрьме, ни на воле никто этого не заметит. Когда я уже дошел до строгого режима, я понял, что злодеев, настоящих злодеев, на воле гораздо больше.

Есть такой Борис Иванович Федотов, бывший начальник Псковского изолятора, который сделал тюрьму с человеческим лицом. Потом его возили по заграницам, и он сказал, что в других странах такого нет. В других странах в тюрьмах сидят люди помельче – маргиналы.

Я сразу проккоментирую высказывание псковского тюремного начальника – особенности русской тюрьмы связаны не с особым устройством самой тюремной системой, не стараниями тюремного начальства, а с особенностями русского этнического характера.

Некоторые ученые свои книги и статьи озаглавливают “Тюремная субкультура”. На самом деле, правильнее сказать “тюремные субкультуры”, потому что, скажем, женский мир — это одна субкультура, малолетка — это другая субкультура. Но тюремный порядок, о котором я вкратце скажу, относится к мужской субкультуре, не к малолетке и не к общему режиму, где сидят первоходки, а к тому месту, где сидят люди, много пожившие и пережившие, “прошедшие и Крым и рым”, как говорят. Они вынуждены как-то устраивать свою жизнь. Самые простые люди, не злодеи, не профессиональные преступники. Они устраивают ее совершенно удивительным образом.

В зоне нет убийств, нет краж. Если они там случаются, то жизнь человека, который украл, — таких называют “крысами” — складывается в дальнейшем таким образом, что лучше бы ему и не жить. Иногда таких людей превращают в “опущенных”, в неприкасаемых, в изгоев.

Я должен сказать, что группы неприкасаемых, “петухов”, не было при Достоевском, не было при Шаламове. Когда люди переносят то, что они читали у Шаламова и Солженицына на сегодняшний тюремный мир, — это ошибка. Тюремная мужская субкультура пережила несколько трансформаций, и теперешний тюремный мир совсем иной.

Довольно часто, когда говорят о том, что люди “живут по понятиям”, имеют в виду что-то позорное. Но если вы возьмете Евангелие и формализованные правильные “понятия”, то никакого отличия не будет. Правильные “понятия” — это то, как нам заповедал жить Спаситель. Чтить отца и мать, — особенно мать, сестру. Отдать жизнь за брата своего. “Брат” — это самое святое слово в зоне. А также “братва”, пострадать за братву. Человек, который пострадал за братву, скажем, сел в ШИЗО за что-то, — ему будет помогать вся зона. Ему подгоняют курево, чай и прочее, потому что он страдает за братву. Вот что такое правильные “понятия”.

Я не буду дальше углубляться, добавлю просто, что предательство есть самый страшный грех в зоне. За шесть лет мне лично пришлось участвовать в убийстве семи человек. Убитыми были предатели и “прессовщики”.

А самым ужасным в зоне, демоническим – являются менты. “Демоны” — это менты, администрация. У ментов есть агенты, стукачи. Есть провокаторы, которые возбуждают всякого рода конфликты между заключенными. Есть “прессовщики”: пресс-хаты — это камеры, где сидят специально настроенные администрацией арестанты, и туда сажают человека, которого надо сломать. По самым разным причинам. Иногда даже не для того, чтобы узнать о преступлении, которое он совершил, о его подельниках. Иногда хотят узнать, где лежат общаковские деньги. Иной раз, просто сломать человека надо – совершенно непонятно зачем. Из сломленных выходят самые страшные злодеи. В начале – для арестантов, потом для нас, а, страшнее – для наших детей. О том, как ломают, я рассказывать не буду. Чрезмерные подробности есть в очерке Кирилла Подрабинека “Беспредел”. Это про Елецкую Крытую пресс-тюрьму, очерк я редактировал прямо перед арестом. Потом Елецкая все время преследовала меня (в документах и видениях) до декабря 2003 года. Тогда мы выиграли процесс, весьма мало относящийся к пыткам, но все же в документах, дополнениях к решению КС были забиты фразы: “Елецкая Крытая”… пресс-тюрьма… Я думаю, что Кириллу Подрабинеку, получившему очередной срок за свои показания и туберкулез, вряд ли, от этого решения КС стало жить легче, но меня как-то отпустило, и я, с тех пор, более беспокоюсь другими тюрьмами.

Прессовщики – это люди, которые делают с заброшенным к ним арестантом, то, что им приказано. Скажем, они подвешивают за крюк под ребро, они его насилуют. Ну и так далее.

Когда прессовщики идут по этапу, есть специальная пометка на деле, которое их сопровождает. В принципе, они не должны попадать в транзитные камеры. Но поскольку у ментов работы много, иногда они попадаются. И этих прессовщиков убивают. Если ты его не убил, это будет грех на тебе. Убивают их по страшному. Несколько раз поднимают и бросают на пол, пока у них ребра не вылезают из тела.

Слава, если можно, покажи третий блок — Красноярский бунт. Арестанты и тюремная администрация — это просто выражение того, что и так есть на воле. Мы ненавидим власть. Мы ее не любим. Мы даже понимать и знать ее не хотим. В зоне это переходит в крайнюю степень войны.

Красноярский бунт

 

Это хроника Красноярского бунта. “Шестерка”, где я, когда-то (83-85 гг.) просидел два года. Осень 1991 г. В зоне три тысячи вооруженных заключенных, бунт продолжался сорок дней. Две тысячи солдат. Для какой-нибудь Латинской Америки это натуральное военное сражение. Вот те, кто стоит впереди, на крышах: баллоны подготовлены для того, чтобы взорвать их. Жилые дома стоят где-то в пятидесяти метрах от зоны, и если бы баллоны взорвали, то не знаю, что бы там было.

Слава, дальше. — Это войска. Это 38-й день. Я приехал на 30-й. — Дальше. — Это передовой отряд заключенных.

— Дальше. — Это уже после ввода войск: опера первым делом сбрасывают с крыш баллоны.

— Дальше. — На этом мы остановимся, это народный директор, Саша Зайцев. Все сорок дней бунта арестанты работали. Работу производства обеспечивал Зайцев, он слева. Они даже перевыполняли план.

В этом нет ничего парадоксального. Само арестантское сообщество вполне способно правильно устроить свою жизнь. Им мешали. В молочных флягах завозили спирт, цыгане перебрасывали через стены водку по ценам ниже, чем они были на воле. Это 1991 год. Чтобы споить людей, устроить беспорядки и так далее. Были страшные случаи. Один из блатных, Паша, напившись, ходил, что-то вымогал у мужиков, простых работяг. Его раз вызвали на разборку, сказали: “Паша, не ходи”. Второй раз вызвали. Как положено, на третий раз его просто попросили положить руки на стол и перебили их. Есть такое наказание в тюрьме.

Сами блатные себя блатными не называют, и воры в законе не называют себя ворами в законе. Они себя называют “людьми”. “Мы люди”, — вот и все. Ну, а если ты поступил не по-человечески, скажем, пользуясь своим положением, у кого-то чего-то отобрал, тебе могут перебить руки.

Один из моих докладов назывался “Тюремная разборка как возможная модель российского правосудия”. Это я не для экзотики. Я думаю, что если бы реформаторы изучили опыт тюремных разборок, они, может быть, и поняли бы, каким должно быть российское правосудие. В этом докладе я говорил о том, что, прежде всего, в зоне используются принципы традиционной культуры, обычного права. Но скажу больше: в основе тюремных разборок лежит библейское, даже евангельское правосудие. Нет задачи – найти виновного и наказать его. Нет такой задачи. Есть задача восстановить мир и согласие. Шалом — так это можно определить.

Решение принимается не большинством. Должен быть консенсус. Если один человек будет против решения, оно не принимается. Просто посылается сообщение, как Хомяков говорил, к человеку “излюбленному” от всего схода. К некоему авторитетному человеку. При выборе этого авторитетного человека учитывается и мнение того, кто, видимо, виновен. Если мы не пришли к консенсусу, то пусть решение вынесет этот авторитетный человек. В частности, “смотрящий”.

Казенное правосудие, безусловно, нам абсолютно чужеродно, и поэтому мы власть ненавидим. Тихо, про себя. Арестанты ненавидят так, как вы видели. Они были вооружены.

Девушка, которая все это снимала, ходила со мной в зону. Мне поначалу было даже немножко страшновато, потому что мужики там сидят по десять-пятнадцать лет, они изголодавшиеся. Поэтому перед тем, как ей зайти в зону, я говорил с лидерами и просил обеспечить ее безопасность. Это было в их интересах, потому что надо было снять те безобразия, которые были в зоне. К ней сразу же приставили двух арестантов с саблями. Сабля — это символ того, что к этой девушке нельзя прикасаться.

И последнее, что я хотел сказать об удивительности российской тюрьмы. Каждый год мы получаем десятки тысяч писем. Уже шестнадцать лет. Когда я открываю письмо и читаю его… — я человек текста, я всю жизнь жил исключительно текстами, не женщинами, не чем-то реальным — письмо из зоны сразу видишь. Видно, что текст пришел оттуда. Тюрьма человека возвышает, поднимает. Как Люда, наверное, рассказывала, из тюрьмы выходят профессиональные поэты, художники. Без тюрьмы они бы такими не стали. Это особенность только российской тюрьмы. Точнее, не тюрьмы, а российского этнического характера.

По-моему, Соловьев (а вслед за ним и еще кто-то) писал о том, что российская икона — это результат страшных ограничений. Наш характер таков, что когда мы на воле, мы почти ничего не можем. Когда мы в тюрьме, когда все расписано, когда никуда не двинешься, только в условиях таких жутких ограничений мы можем творить.

Наши исследования проводились под руководством Валентины Федоровны Чесноковой. У нее, например, есть теория, что существует два типа цивилизаций. Один тип — это когда человек переделывает то, что его окружает, под себя. Второй тип — наоборот, когда человек переделывает себя. Мы относимся к этому второму типу, но не к крайней его разновидности, как японцы. Как сидят в японских тюрьмах — это просто ужас. В наших – просто “ад на земле” (см. фото “камера Матросской Тишины, конец ХХ века), кто бы его так спокойно переносил, доедая баланду, с интересом дочитывая книгу, бедуя о чем-то неземном…. Это неземное, запредельное терпение (Христос терпел…). В какой еще стране могла бы сложиться эта идиллическая картинка: 140 человек на 70 кв. м., где спичку можно зажечь лишь у “решки” (окна) или у “кормушки” (форточка в двери, через которую передают пайку и баланду)?

Что касается власти. Один из заключенных, Рянжин, однажды написал мне, вот отрывок из его письма: “Насколько бесправен простой российский гражданин… Я долго думал, с чем бы сравнить или как бы точнее определить его положение. И, похоже, придумал. Простые люди в России — военнопленные. Именно такое к нам отношение. Законы, договоренности — все это существует, но не действует. И жизнь наша, вся наша жизнь зависит от произвола оккупационных властей, от прихоти коменданта. Да и в положении таком мы только потому, что кто-то с кем-то воюет, даже неизвестно, с кем и за что. И вот я думаю: стоит ли добиваться изменений, улучшений в уголовном законодательстве, если власть смеется над уже существующим? Также и мы давайте посмеемся над возможными переменами”.

Луферов: Это песня XIX века. У меня есть программа, «Парад инструментов» (точнее «Парад инструментов на красном пальто» — «Полит.ру»), там я пою ее с цепью. Но сейчас цепь у меня далеко…

С Иркутска ворочуся
Счастливым, может быть.
Быть может, наживуся,
Счастливо будем жить.
Быть может, наживуся,
Счастливо будем жить.
Тюремныя ворота
Для нас отворены,
Все тяжкие работы
На нас возложены.
Все тяжкие работы
На нас возложены.
Еще один годочек
В тюрьме побуду я,
А там мой мил-дружочек
Вернуся я любя.
А там мой мил-дружочек
Вернуся я любя.
С густыми волосами,
С ногами без браслет
Явлюся между вам
С иголочки одет.
Явлюся между вам
С иголочки одет.

Абрамкин: Если позволите: были подготовлены какие-то диаграммы и графики, и Слава вам сейчас их покажет.

Количество заключенных на 100 тыс. населения в различных странах мира

 

Численность заключеных СИЗО и ИУ в 1993-2004 гг.

Это относительное количество заключенных в разных странах мира. Количество заключенных в разных странах не зависит ни от уровня преступности, ни от национальных особенностей, ни от чего вообще. Оно определяется каким-то странным образом. Скажем, Мексика и Канада имеют одно и то же количество заключенных на сто тысяч человек. Америка, которая, казалось бы, и культурно и по юридической системе близка к Канаде, имеет в пять раз больше.

Лейбин: В каком смысле нужно понимать предложение использовать тюремную субкультуру как прототип каких-то общественных институтов? Насколько серьезно мы должны все это принять и в какой мере это означает, что другие общественные культуры — общинная, религиозная — не входят в конкуренцию с тюремной субкультурой?

Абрамкин: Вы понимаете, я просто предлагаю изучать народную жизнь. Изучать то, как мы живем. Мы сами по себе умеем решать конфликты. Тюрьма — это просто одна из возможностей, где эти модели и образцы можно брать. Еще лучше брать у староверов, рассматривая то, как они принимают какую-то новую норму. Тюрьма создает особые условия.

Именно в тюрьме я понял разницу между женщиной и мужчиной. Когда я впервые попал в женскую тюрьму, я понял наконец, чем мы отличаемся. Во-первых, женщина не имеет механизмов компенсации потери воли, в отличие от мужика. Мужик включается в социальную борьбу, в борьбу за лидерство.

Реплика из зала: Встраивается в какую-то иерархию.

Абрамкин: И это тоже. Мужчина способен выстроить порядок. Это мужчина придумал дуэль. Женщина может только морду расцарапать сопернице или пойти на партсобрание. Были времена, когда женщины ходили на партсобрания и говорили, что мужья им изменяют. Но решить конфликты между собой они не могут.

Женский гомосексуализм, который так часто показывают в фильмах, это не гомосексуализм, это попытка восстановить утраченный мир. Женщина не может жить без мужа, ребенка. Встречаются женщины, которые исполняют роли мужиков. Они бросают пачку чая своим “женам”, говорят: “Завари”. Спрашивают: “Ну что, носки постирала?” Эти роли отыгрывается на полном серьезе.

Врачи говорят, что у женщин, которые исполняют роль мужа, происходят гормональные изменения. Иногда “пара” (как правило “однохлебки”) берут к себе, в семью – ребенка (например, какую-либо пришедшую в зону малолетку). И “кобел”, и его подруга, ни к каким сексуальностям девочку не допускают – и здесь, все, как в утраченном вольном мире

Людмила Альперн со мной в такой трактовке устройства женского тюремного мира не согласна, она даже считает меня женоненавистником. А я могу еще добавить, что самые жестокие, самые жуткие приговоры детям и женщинам выносят женщины-судьи. У нас как-то говорят, что во власти одни мужики. До судебной власти это не относится, потому что там женщин немало (во многих регионах более половины). И ими выносятся самые жуткие приговоры.

Абраменко («Центр развития демократии и прав человека»): Скажите, пожалуйста, несколько слов о положении ВИЧ-инфицированных в тюрьмах.

Абрамкин: Слава, покажи, пожалуйста, четвертый график.

Количество больных туберкулезом и ВИЧ-инфицированных

Это относительное количество туберкулезников и ВИЧ-инфицированных по годам. Где-то в 2000 году произошел ВИЧ-взрыв.

На самом деле, это катастрофа, потому что когда поток ВИЧ-инфицированных пропускается через чахоточников, а туберкулезных там 10%, они (ВИЧи), во-первых, скоротечно умирают. Там какая-то загадка: у ВИЧ-инфицированных в случае заболевания туберкулезом нет выраженной симптоматики. Даже рентген, иногда) ничего не показывает. У человека уже распад легких, а рентген ничего не обнаруживает. Говорю пока о главном, потом скажу конкретно о том, о чем просили.

Во-вторых, появляются новые формы туберкулеза. Так называемые, лекарственно-неизлечимые (с множественной лекарственной устойчивостью – МЛУ ТБ). С помощью традиционных препаратов их излечить невозможно. Чаще всего они появляются именно при большом потоке ВИЧ-инфицированных. Этого боится весь мир. Деньги, которые вкладываются западом в борьбу с нашим тюремным туберкулезом, совершенно фантастические. Скажем, 450 миллионов долларов в год.

Каждый год на свободу выходят 30 тысяч туберкулезников, из них 10 тысяч — с МЛУ ТБ-1. Такой туберкулезник может сесть в самолет, прилететь в Нью-Йорк, в Токио и так далее. Это будет глобальная катастрофа.

Сейчас придумали препарат против МЛУ ТБ-1, как его называют. Курс лечения этими лекарствами (второго ряда) стоит 50 тысяч долларов. В России — пять тысяч. Но сейчас прогнозируется появление МЛУТБ-2 даже название ему придумали – “супер-жучок”. Это такая форма туберкулеза, от которой пока нет препаратов (природа шустрее фармацевтов), и даже боятся, что и не придумают.

Поэтому я, в отличие от традиционных правозащитников, выступаю за отдельное содержание ВИЧ-инфицированных.

 Вопрос из зала: Скажите пожалуйста, почему на вашей диаграмме нету самой населенной страны, Китая?

Абрамкин: В Китае чуть больше 100 заключенных на 100 тысяч человек, что гораздо меньше, чем в России и в США. Если мне память не изменяет — 118 заключенных.

Вы понимаете, тюрьма во всех странах используется отнюдь не для обеспечения нашей безопасности. Она используется для уничтожения определенных неудобных групп населения. Кроме того, существование “удобного врага” (термин Нильса Кристи) служит удобным способом для бездарных политиков прикрыть свою бездеятельность в отношении решения реальных социальных проблем. “Преступники” и потребители наркотиков – сейчас во многих странах выбраны в качестве таких удобных врагов. В США же, кроме того, уже давно создана “Тюремная индустрия”, которая дает достаточно высокие прибыли и позволяет затуманить мозги избирателю потоком фильмов про храбрых рейнджеров и полицейских. Именно они, как бы и спасают население от “вампиров”-наркоманах и злодеев- преступников

Лейбин: Если сопоставить недавнюю лекцию Глеба Павловского с вашей в той ее части, где говорилось о власти: по-моему, была нарисована весьма похожая картина, картина внутренней гражданской войны, которая свойственна культуре. Не могли бы вы прокомментировать: это совпадение?

Абрамкин: Я думаю, что это взгляд с разных сторон, хотя с Глебом мы, вообще-то, довольно близки. Если взять придуманную Глебом “модель бассейна”, я бы развил ее следующим образом.

Россия купила или построила какой-то западный бассейн. Но этот бассейн пуст. Власть, политики все время пытается в него прыгать, иногда солдатиком, иногда вниз головой. То, что делаем мы, в частности, Глеб Павловский, Найшуль, Андрей Илларионов, другие люди, отчасти и я, — мы пытаемся этот бассейн заполнить водой хотя бы наполовину. Кроме того, мы пытаемся научить людей, которые туда прыгают, освоить безопасные способы падения, а, когда бассейн потихоньку наполняется – плавать в том, что есть. Потому что реформы — это не законы и модели, это прежде всего люди, способные жить по-новому (С.А.Пашин) и уметь плавать в той воде, которую туда уже удалось закачать. Но вода при этом должна быть, заполнять бассейн водой – не дело политиков. Это наше дело. Наше дело и учить их плавать, когда воды хоть чуть-чуть набралось и не кидаться туда, не убедившись, что воды нет, или ее слишком мало.

Вода — это концепции, идеи, образцы поведения, соответствующие базовым ценностям традиционной культуры. Набор ценностей во всех культурах примерно одинаков, иерархия ценностей может отличаться. Скажем для Франции: Свобода, Равенство и Братство. Для России те же ценности располагаются в другом порядке: Братство, Равенство, Свобода.

Вот я говорил о тюремной разборке, о том, что ее можно изучать, прикидывать, каким должно быть российское формальное правосудие, чтобы восприниматься быть справедливым и понятным самим людям – это может стать (не буду скромничать) – четвертью бассейна… Вода, это что-то из того, что мы можем принять как свое, как справедливость. правда. Для заполнения бассейна не нужны века. Для этого нужна отрешенная от политики работа интеллектуалов и наш каждодневный плебисцит (не путать с референдумами, выборами и плясками на политических площадках…)

 Луферов: Валера, у меня тогда такой вопрос. Ты так обрисовал справедливость и точность иерархии и законов внутри тюрьмы, что получается, что уголовный мир как таковой предстает как правильный, справедливый и понимающий некие принципы законности. А для гражданского общества уголовники становятся опасны в тот момент, когда они выходят из тюрьмы, здесь для них законов уже не существует. Как это получается? Там они любят соблюдать законы, а здесь они их игнорируют.

Абрамкин: Я еще раз повторю, что люди, которых мы должны бояться больше бывших арестантов, не в тюрьме. Они на воле. Людей, которые прошли тюрьму и живут по понятиям, не надо бояться. Но надо учитывать некоторые особенности. Тюремные автоматизмы, например, когда человек неадекватно реагирует на какие-то слова, на поведение, которое привычно несидевшему человеку.

В тюрьме люди руководствуются не законами, а понятиями, правдой. Вспомним, что право выше закона. По-русски, право правильнее было бы перевести, как правда. Вспомните русские – пословицы. Законы – это какая-то мерзкая вещь, хуже любого беспредела (“Уставщина хуже дедовщины и т.п.). “Пусть бы все законы провалились, лишь бы правда осталась” – это из словаря Даля. Справедливость – выше правды, милосердие выше справедливости, а превыше всего – любовь. Примерно так говорили иерархи русской православной Церкви. Такого же порядка придерживается и тюремный закон (не путать с воровским), но более строго в отношении “своих” (прошедших тюрьму, скажем, и не допустивших по жизни грубых нарушений правильных понятий). Все эти вещи надо учитывать.

Реплика из зала: Бандитов во власти официально больше, чем в тюрьме…

Абрамкин: Конечно. Я могу дать одну картинку. Зона строгого режима в Красноярске. Идет фильм “с сеансами”, там, где женщины полураздетые. Толпа идет в клуб. Никто никого не толкает. Я такое видел только в парижском метро, в часы пик. Но если вдруг кто-то случайно и толкнет, то скажет: “Прости, браток”. Иначе можно получить какую-нибудь неприятность. От “делай разницу” – до “пера под ребро”.

В течение первого месяца на свободе я не мог ездить в транспорте. Все время хотелось сказать: “Делай разницу, что же ты делаешь-то? Чего толкаешься?” Это тюремный автоматизм.

Вопрос из зала: Вы говорите о том, что существует некая договоренность в замкнутом пространстве, откуда нельзя переместиться, договоренность для ограниченного круга людей в одинаковом положении. И даже для этого случая вы не объяснили, как они выстраивают отношения с той же самой тюремной властью. Ведь на воле все по-другому, основные конфликты у населения возникают с властью.

Абрамкин: Виктор спел: “Какие ненавистные они…” — у него была очень точная интонация.

Я вам излагаю то, что есть. Я ничего не предлагаю. Пытаюсь, как я сказал, наполнить бассейн водой, то есть теми идеями, образцами деятельности, нормами, процедурами, которые могут быть властью и населением восприняты, как свое, как правда и справедливость. Это не западные образцы, которые нам не годятся, это наши образцы.

Алексей Левинсон (“Левада-Центр”): Я боюсь, что мы сейчас закончим в стиле «послушали и разошлись». Я просто хочу, чтобы то, что мы сегодня видели и слышали здесь, не прошло не отмеченным.

Во-первых, я думаю, что правильно будет низко поклониться вам и вам, и вам, и всем тем, кто делает это, никогда не терявшее актуальности в нашей стране, дело сочувствия несчастным. Это национальная черта, которая не всегда соблюдается.

Во-вторых, у нас сейчас на глазах была оформлена, видимо, существующая в нашем обществе, но не оформлявшаяся до этих слов Валерия Федоровича, утопия. В каком-то смысле лагерь, о котором столько писали, оказывается утопией или антиутопией — это неважно. Действительно, зона — это место воплощения утопии в нашей стране. Там действительно существует социальный сверхпорядок, которого нет в стране в целом. Наверное, там есть человеческие отношения, которые нельзя найти в другом месте.

Я совершенно не ставлю под сомнение все то, что вы говорите, хотя легко представить, что это чудовищно: хотеть, чтобы вне зоны существовали те отношения, которые бытуют на зоне. Это ужасно. Но понятно, почему этого не будет. Понятно, почему возникает эта тоска, в том числе и тоска по тому состоянию души, которое отливается в песнях. Блатная песня — это, быть может, самое главное выражение так называемой народной души. Это в общем свидетельство того, что в зоне есть несвобода институционализированная, а вне зоны — несвобода просто как состояние людей. Люди на свободе не свободные, и поэтому когда несвобода приобретает четкие формы, когда понятно, откуда несвобода: вот они менты, вот они вертухаи, вот она запретка и так далее — тогда все в каком-то смысле становится на свои места.

Мне все это, конечно, кажется ужасным состоянием страны, и то, что мы там вместе с белорусами, казахами и американцами возглавляем эту мировую таблицу, это ужасно. Чем это может быть заменено? Стыдно в этих стенах еще раз говорить про гражданское общество. Здесь столько про это говорили, что ясно, что это уже становится бессмыслицей. Но я думаю, что из того, что мы сегодня услышали, возникает очень острая потребность осознания того, как же можно жить иначе. Как можно жить иначе в этой стране этим людям и этому народу? Чтобы не тосковать по тюрьме как по образцу человеческого существования?

Большое спасибо всем вам еще раз.

Абрамкин: Вы понимаете, того, что я описывал, в жизни не существует. Я вам говорил о неких коллективных представлениях, которые живут в людях. Правильные “понятия” захватывают все группы заключенных. От “козлов” — коллаборационистов — до блатных. Они точно знают, что предательство — это самое страшное, а пострадать за братву — это доблесть. Вы именно так и воспринимайте то, что я говорю.

Конечно же, тот идеальный образ жизни, которого хотелось бы, и там невозможен, прежде всего, из-за ментов. Там менты, опера, агенты и так далее. Они все время устраивают какие-то провокации. Грубо говоря, если бы наша власть, в частности, президент Путин, просто бы дали русскому народу пожить, как он умеет, не мешая, это бы и была главная реформа. Главная задача власти — это нам не мешать, но при этом защищать слабого, прийти к бедному, больному, убогому, не дать пропасть бедствующему. Приводят цифры о том, что в суды стало обращаться столько-то людей, в полтора раза больше. Простите меня, что это за жизнь: обращаться к ментам или в суды для разрешения конфликтов, которые люди могут решить сами, с помощью местного сообщества, людей авторитетных? На самом деле, нормальная жизнь — это когда мы сами решаем свои конфликты, без ментов, без путиных, без судов и так далее. В суд я, пока, никому не советую ходить. Тем более – к ментам.

Прошедшие лекции

человек, отказавшихся расшифровывать жесткие диски, все еще находятся в тюрьме через два года

Фрэнсис Ролз, бывший полицейский из Филадельфии, останется в тюрьме за отказ расшифровать жесткий диск, обнаруженный федеральными следователями в его доме два года назад во время расследования жестокого обращения с детьми.

Судья приговорил мужчину к тюремному заключению почти два года назад после того, как подозреваемый заявил, что забыл пароль к зашифрованной системе Apple FileVault, которую следователи обнаружили подключенной к его компьютеру во время обыска дома.

Следователи заявили, что содержимое, хранящееся на зашифрованном жестком диске, соответствовало хэшам файлов для известного содержимого детской порнографии [источник , стр. 5 ]. Кроме того, сестра мужчины рассказала следователям, что ее брат показал ей многочисленные фотографии и видеозаписи жестокого обращения с детьми и материалы для взрослых.

Ролза отправили в тюрьму в 2015 году

Власти пытались заставить Ролза передать пароль жесткого диска для проверки заявлений, но он отказался подчиниться. Федеральный судья признал этого человека неуважительным к суду и приговорил его к бессрочному тюремному заключению до тех пор, пока он не пожелает сотрудничать.

Ролз позже сказал, что забыл пароль и даже ввел три неверных пароля во время предыдущих встреч со следователями.

Подозреваемый дважды обжаловал приговор к лишению свободы на неопределенный срок, но обе апелляции были отклонены. Его адвокаты пытались утверждать, что содержание его под стражей нарушает его право по Пятой поправке не свидетельствовать против себя, но судьи кассационной инстанции так не считали.

Судьи указали, что Пятая поправка применяется только к свидетелям и что прокуроры не вызывали его в качестве свидетеля, а только просили его разблокировать устройство, следовательно, защита Пятой поправкой не применялась.

Ролз подает апелляцию в Верховный суд

Команда

Ролза подала апелляцию в Верховный суд США на том же основании. Его команда также подала ходатайство об освобождении Ролза во время его апелляции в Верховный суд, поскольку он находился в суде более 18 месяцев, что является стандартным наказанием за неуважение к суду.

Судья отклонил запрос, заявив, что Ролзу предъявлено обвинение не по стандартному закону (28 USC § 1826), а по Закону о всех судебных исках (28 USC, § 1651), поэтому он может быть задержан на неопределенный срок.

Этот древний законодательный акт предписывает гражданам США оказывать помощь в расследовании правоохранительных органов. Обвинение использовало этот юридический обман, чтобы не вызвать Ролза в качестве свидетеля. Это тот же закон, который ФБР использовало против Apple, когда пыталось заставить компанию разблокировать телефон массового убийцы из Сан-Бернардино.

Правительство также заявило, что Ролзу больше не нужно сообщать им свой пароль, поскольку он нужен им только для выполнения операции по разблокировке жесткого диска.

Bleeping Computer Пользователи указали, что вы не можете сопоставить хэши файлов с зашифрованным содержимым. В статью добавлена ​​ссылка на судебные документы, из которых цитируется заявление обвинения.

Секретные коды, которые боссы картеля используют для отправки рукописных приказов из тюрьмы

Для неподготовленного глаза рукописные записи, просачивающиеся из тюрем в Гондурасе, выглядят как тарабарщина. Даже для обученного глаза заметки трудно, если вообще возможно, читать.

Но для разрозненных игроков преступного мира, от могущественных боссов до уличных головорезов, нет никаких сомнений в том, что говорят эти письма. Написанные на секретных алфавитах преступных сетей, эти буквы позволяют заключенным в тюрьму криминальным авторитетам тайно координировать свои действия со своими товарищами извне.

Секретные языки и зашифрованные коды были отличительными чертами организованной преступности примерно с тех пор, пока организованная преступность существовала, конечно. И все же эта тактика, по-видимому, имеет некоторое значение в Гондурасе, где отбывают наказание многие криминальные боссы из Сальвадора, где находятся международные преступные синдикаты MS-13 и Barrio 18.

Согласно гондурасскому новостному сайту El Heraldo , в последние месяцы власти и сотрудники разведки заметили заметный рост количества этих загадочных рукописных сообщений. Эти записи, известные как willas , вручную перемещаются из точки A, тюремной камеры, в точку B, где-то в Сальвадоре.

Это загадочное напоминание о том, насколько гибкими являются преступные сети перед лицом все более изощренного набора инструментов наблюдения правоохранительных органов. Это может быть 2014 год, но многие каналы связи, которые заставляют организованную преступность в Центральной Америке и за ее пределами, работают по обычной почте.

Это настоящий алфавит. Это похоже на Розеттский камень.

Рукописные заметки состоят из, казалось бы, случайных комбинаций букв и символов, сообщает El Heraldo . Иногда они приказывают убийцам убивать. В других случаях они разрабатывают планы вымогательства или координируют перемещение контрабанды и оружия.

В других случаях, согласно отчету El Heraldo , основанному на нескольких интервью с сотрудниками службы безопасности, участвовавшими в перехвате и расшифровке willas , записи служат для повышения морального духа, предлагая слова поддержки членам банды : Стойте твердо, и ради бога, никаких распрей.

Ранее в этом году испаноязычный новостной сайт La Tercera получил доступ к «ключу» willas , который чилийские власти обнаружили в бумажнике осужденного наркодилера в 2010 году. В документах объясняется, как можно использовать закодированный алфавит. как для составления зашифрованных сообщений, так и для понимания входящих будет как .

Щелкните здесь, чтобы просмотреть символы, если вам интересно. А пока вот отрывок из перехваченного ключа через La Tercera:

Идея состоит в том, чтобы избежать использования пробелов, чтобы следственная полиция (PDI) не могла расшифровать.Они не узнают, что мы общаемся, и это будет невозможно понять, пока они не получат этот листок бумаги, который просто нигде не может быть; вы должны это скрыть.

Макарена Каньяс, прокурор, которому было поручено взломать этот ключ, сказал La Tercera , что это был полноценный словарь и, следовательно, не похож ни на одну систему рукописного шифрования, которую когда-либо видели. «Это настоящий алфавит», – сказал Каньяс. «Это похоже на Розеттский камень».

Подобным образом явление будет как , наблюдаемое сегодня в Гондурасе.Это явно аналоговое средство обхода технологии блокировки сигнала, используемой властями Гондураса в попытках перерезать линии связи между заключенными и внешним миром.

Сальвадор, со своей стороны, принял аналогичный закон, чтобы заблокировать контрабандные мобильные телефоны в своих тюрьмах. Как мы уже сообщали, в Бразилии контрабандные мобильные телефоны фактически меняют всю национальную тюремную систему. Если бы тамошние чиновники также подавили бы телефоны заключенных, было бы разумным, что заключенные капитаны криминальных индустрий могли бы просто освежить свой код и приступить к письму.

Все сводится к следующему: если копы переходят на высокие технологии, банды падают, охватывая w illas . Чертовски хитрые и проверенные временем закодированные записи, насколько нам известно, делают свою работу. (Они также не отличаются от закодированных языков, которые высшие мексиканские преступные синдикаты используют для связи по зашифрованным радиосетям.)

Это не просто ручка и бумага. Willas также отправляются через Facebook и кроссплатформенную службу обмена мгновенными сообщениями WhatsApp, говорится в отчете El Heraldo .

Но иногда в коде есть трещины. Тот перехваченный ключ, упомянутый выше? Еще в марте чилийские власти смогли разобраться в алфавите и наконец прикончили своего главного подозреваемого.

Тюремный охранник с подарком для взлома банд-кодов – факты так романтичны

Бывший офицер исправительных учреждений Гэри Кливанс не хочет, чтобы его фотографировали более четко, опасаясь мести банд. Гэри Кливанс

Как офицер исправительных учреждений в округе Вестчестер, штат Северная Каролина.Ю., тюрьма в 1990-е годы, Гэри Кливанс был единоличной бандой. Члены «Латинских королей и крови» составляли значительную часть тюремного населения. Кливанс быстро понял, что для того, чтобы справиться с ними, ему необходимо понимать их, а это означает понимание кода, который они использовали для общения. Кливанс научился расшифровывать их сообщения. Он стал одним из самых востребованных взломщиков кодов в стране. (Также см. Соответствующую публикацию Facts So Romantic «Взгляд изнутри: как члены банды используют секретные коды.”)

Даже на пенсии его навыки востребованы: Кливанс просматривает закодированные сообщения, отправляемые ему правоохранительными органами со всей страны. «Я умею это делать. Я вижу закономерности, – сказал он мне. «Даже когда я распечатываю газету, слова прыгают на меня со страницы… Многие люди не могут видеть то, что вижу я».

Вот стенограмма моего интервью с Кливансом, отредактированная для большей ясности.

Что такое код банды?

Коды заменяют буквы в нашем английском алфавите.Это могло быть что угодно – помимо чисел, они использовали богато украшенные символы, китайскую пиктограмму или символы майя или ацтеков. Или они создают свои собственные символы. И языки сильно различаются. Не существует единого кода банды Blood или Crip или кода Black Gangster Disciples, который бы использовали все участники. Коды все местные. Так что, если вы офицер правоохранительных органов в Лос-Анджелесе или Чикаго, вы можете проехать 10 миль и найти другой код.

Гэри Кливанс держит одну из многих заметок, написанных кодексом банды.Гэри Кливанс

Как вы выучили язык банды?

У меня был опыт работы в правоохранительных органах еще до того, как я стал участником банды. Я прослужил 30 лет в армейском резерве и 18 лет в армейском УУР [Управление уголовного розыска]. Теперь армейский CID – это армейское ФБР; они федеральные агенты. Поэтому из-за всего этого департамент исправительных учреждений Вестчестера хотел, чтобы я был связан с бандами.

На четвертый день, когда я занимался бандой, другой офицер принес мне кодированный документ.Сначала я не думал, что это важно читать, но потом подумал: «А что, если там написано:« Я собираюсь убить полицейского, который меня арестовал, и я знаю, где живет его семья »». Я понял, что у нас есть расшифровать его.

Я сел с ним и попытался проникнуть в сознание писателя. Письмо начиналось на английском, что помогло. У каждой банды своя иерархия и условия обращения. Автор сослался на «третью корону», а затем обратился к смеси испанского языка и кодекса. Я мог сказать, что он был из Латинских королей, так как их лидер называется «королем».«Я искал ссылки, которые были бы важны для них. Я начал замечать, что за цифрой «3» следовали пять символов. Поскольку для автора была важна «третья корона», я сделал предположение и связал пять различных символов с пятью буквами английского языка, составляющими слово «корона».

Потом у меня был еще один прорыв. Буквы «ADR» продолжали появляться. Фраза « Amor De Ray » распространена на жаргоне королей, потому что означает «любите корону».Итак, теперь у меня было семь букв алфавита, пять символов, которые соответствовали C R O W N, а затем A D. И когда у меня было семь букв, я мог вычислить остальные. И это был первый код, который я когда-либо расшифровывал. С каждым кодом вы должны сначала понимать, что важно для автора.

Что было сказано в первом коде?

Это было письмо от лидера, делегирующего вторую корону взять на себя ответственность, пока он отбывает свой тюремный срок. Он также дал им инструкции о том, как писать код: он сказал, не ставьте «первым» в письме, потому что вы говорите «5-О» – имея в виду правоохранительные органы, – что я лидер.Он хотел убедиться, что полиция не знает, кто он такой.

Как члены банды изучают язык?

друг от друга. Обычно кто-то из старших придумывает новые коды после того, как был декодирован старый. Затем лидеры устно сообщают остальным членам банды: «Вот наш новый кодекс». Пока полиция не раскроет его, и им придется создать новый. Это игра в кошки-мышки.

Какие общие темы в коде группировки позволяют начать процесс декодирования?

Банды враждуют с другими бандами.Эта враждебность проявляется на улицах и на бумаге. Члены банды Crips вычеркивают букву B в знак неуважения к Bloods, их соперникам.

В сообщениях будут пренебрегать другими бандами. В кровном письме вы увидите, что буква C обычно перечеркнута или прорезана из-за неуважения к Crips. И чтобы похвалить себя, они напишут букву «Б» со стрелкой вверх.

С каким интересным кодом вам пришлось столкнуться?

Один из кодов, с которыми я работал, содержал несколько символов для каждой буквы.У нас 26 букв английского алфавита. Но в этой кодовой системе было 40 символов. У буквы «Е» было три разных. У буквы Т было два и так далее. Это очень сложный код.

Одно, что я сделал недавно, было устным. Офицер подозревал операцию с наркотиками и прослушал телефонный звонок члена банды. Парень заговорил, а затем произошла вспышка цифр. Он сказал: «Все хорошо. Здесь все круто, э-э, 15 22 27 31 “.

Когда я работал над этим, я увидел, что он перевернул алфавит.Поэтому я решился и предположил, что, если он использовал букву для числа, тогда эта буква снова будет относиться к другому числу, так что «3» будет K.

[Кливанс обнаружил, что код разделяет код алфавит в два столбца по 13 букв. Первый столбец начинается в обратном порядке, где A является 13-й буквой, а затем, считая в обратном порядке, M является 1-й буквой. Затем он переходит ко второй половине алфавита: N – 26-я буква, а Z – 14-я.]

Так что же произошло в итоге?

Не знаю.Юрисдикции, с которыми я работаю, редко возвращаются ко мне. Одна из неприятных вещей заключается в том, что я помогаю им, но никогда не слышу остальной части этой истории. Моя небольшая часть – расшифровать код, чтобы они могли продолжить наблюдение за коммуникациями.

Что вы узнали о культуре банд – их манерах, как они относятся к своим членам или другим бандам – ​​на основе их языков?

С годами я научился понимать сложность их общения.Банды – это их собственные культуры и общества. У некоторых крупных банд есть свои праздники. И у них свои законы. У них есть свой собственный способ отправления правосудия. В зависимости от серьезности нарушения вы получите избиение или увольнение [вас убьют]. Я начал ценить их системы убеждений и то, насколько они сложны и умны.

Эрик Янкевич – студент Высшей школы журналистики CUNY. Он часто освещает пересечение криминала и науки.

Dark web помогает расшифровать «письмо от Люцифера» 361-летней давности

Более трех столетий ученые, взломщики кодов и оккультисты были озадачены загадочным письмом, написанным бенедиктинской монахиней, которая утверждала, что оно было продиктовано самим дьяволом.

Согласно легенде, сестра Мария Крочифисса делла Консезионе из монастыря Пальма-ди-Монтекьяро на юге Италии проснулась после обморока 11 августа 1676 года и обнаружила, что ее лицо залито чернилами.

В одной руке было несколько написанных ею букв, состоящих из неразборчивой смеси символов и языков.

Сестра Мария и ее сестры в монастыре считали, что их доставил демон, но не могли понять смысл текста.

Со временем они убедились, что буквы были частью тщательно продуманного плана Люцифера, чтобы отвратить ее от Бога.

Сейчас, 361 год спустя, исследователи из Научного центра Лудум на Сицилии утверждают, что они расшифровали 15 строк единственного сохранившегося письма, используя фрагмент кода дешифрования, который они нашли в «темной сети», анонимной, неотслеживаемой части Интернета, которая доступен только с помощью специального программного обеспечения.

«Здесь есть все: наркотики, проституция, педофилия, а также программы, используемые спецслужбами для расшифровки секретных сообщений, вроде той, которую мы использовали», – сказал итальянскому радио 105 Network директор Ludum Даниэле Абате.

«Мы внедрили в программу древнегреческий, арабский, рунический алфавит и латынь, чтобы расшифровать некоторые буквы и показать, что они действительно дьявольские».

Ученые пришли к выводу, что буквы представляют собой смесь языков и были составлены и написаны самой сестрой Марией; За время пребывания в монастыре она стала опытным лингвистом.

В письме беспорядочно и непоследовательно описываются отношения между людьми, Богом и сатаной. В нем сестра Мария – или кто-то еще, кто ею владел, – призвала Бога оставить человека и оставить его в тисках дьявола.

«Бог думает, что может освободить смертных, эта система ни для кого не работает», – говорится в одной из переведенных строк. В тексте также говорится о Боге, Иисусе и Святом Духе как о «мертвых грузах».

Абате сказала, что содержание писем заставляет ее подозревать, что сестра Мария страдает шизофренией.

«Я лично считаю, что монахиня хорошо владела языками, что позволило ей изобрести код, и, возможно, страдала от такого состояния, как шизофрения, которое заставляло ее воображать диалоги с дьяволом», – сказала она The Times of Israel.

«Это не помешало многочисленным заинтересованным сатанинским сектам связываться со мной с тех пор, как я опубликовал наши выводы».

Французский законопроект приговорен к 5 годам тюремного заключения за отказ компании расшифровать данные для полиции

Если вы правильно изложили его мнение, оно действительно было бы шокирующим.

Поскольку вы этого не сделали, его называют «соломенным человеком».

На самом деле, хотя GP ведет себя немного гиперболично, я думаю, что этот аргумент точнее назвать типом “скользкой дорожки”, а не соломинкой. GP может переоценить, насколько далеко Брейер готов зайти, но в вашем сообщении недооценивается происходящий радикальный сдвиг в философии правосудия.

В идее, что европейское право связано с американским, нет ничего особенного; действительно, с самого начала было принято английское общее право.Самый ранний юридический документ, который цитируется в законодательстве США, – это Великая хартия вольностей; поищите его, если думаете, что это был американский документ. 😉

И это вы, кажется, неправильно понимаете суть проблемы. Да, было принято английское общее право, потому что уже применялось на практике . Само определение общего права состоит в том, что вопросы, выходящие за рамки писаной Конституции, часто решаются путем ссылки на соответствующий судебный прецедент (что часто важно, поскольку закон никогда не охватывает все случаи прямо).

У первых США действительно не было выбора, если они хотели сохранить систему общего права. Раньше колонии регулировались английским общим правом, и юристы здесь прошли подготовку по этой системе и будут ссылаться на эти дела как на прецеденты (которые сами часто основывались на английских делах). Просто стереть всю эту историю после того, как США провозгласили независимость, означало бы поместить огромное количество дел в правовую «неопределенность», где судьи могли бы эффективно решать все, что захотят, без прецедента правления.

Таким образом, ссылка на более ранний английский закон требовалась для сохранения преемственности в раннем США. И сама концепция общего права позволяет цитировать предшественников , независимо от того, является ли национальное право или нет. Таким образом, Великая хартия вольностей может быть одним из первых юридических документов, на которые ссылаются (и не так часто, как кажется большинству законодателей – там есть только одна или две концепции, которые все еще имеют прямое значение для современного права и противоречат тому, что вы подразумеваете, что этот документ НЕ имеет прямой обязательной силы для законодательства США; он в основном имеет отношение к созданным им прецедентам).Но английское право, в свою очередь, заимствовало некоторые концепции из средневекового французского права. А средневековое французское право, в свою очередь, унаследовало концепции от древнеримского права.

И все еще существуют правовые концепции, восходящие к римскому праву, на которые ссылаются в случаях, если не в реальных документах.

Дело в том, что это все ИСТОРИЧЕСКИЕ цитаты из систем, которые являются ПРЯМЫМИ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ нашей собственной правовой системы. По сути, именно так действует Общее право при поиске предыдущих прецедентов и концепций, кодифицированных в предыдущих постановлениях.

Реальность такова, что Конституция запрещает «жестокие и необычные» наказания, которые всегда были основаны на нынешней культуре.

Да, и это понятие традиционно основано на стандартах СООБЩЕСТВА. Это касается ряда юридических вопросов, таких как идея порнографии / непристойности, когда мы думаем о классической фразе судьи Поттера Стюарта: «Я знаю это, когда вижу».

В случае порнографии и «жестокого наказания» стандарты действительно меняются, но в предыдущем законе идея заключалась в том, чтобы взглянуть на стандарты СООБЩЕСТВА, будь то местные или для страны в целом.Цитирование идей других стран обычно ограничивается историческими прецедентами.

Совершенно разумно обратить внимание на то, что наши формальные союзники считают «жестоким» и «необычным», особенно те, которые разделяют с нами определенные части общего права.

Я согласен, это “совершенно разумно”. Но это не стандартная практика в законодательстве США (или, скорее, не было вообще, пока это не началось в последние годы). Гораздо более частым цитированием общего права в других странах было бы рассмотрение исторических случаев, датируемых до США.Другой раз, когда суды иногда обращались бы к другим странам, было бы решение проблемы NOVEL, прецедента для которой еще не существовало в США.

Это совершенно другое сообщение о пропавших без вести

Необходимо расшифровать – / Film – Jioforme

Miss Minutes Время на экране было всего несколько секунд Loki Что касается трейлеров и маркетинга, которые мы видели до сих пор, Талисманы Time Variance Authority уже популярны среди фанатов.Это солнечные часы или часы? Что она думает? Наверное, не так много простых анимированных талисманов, чтобы поприветствовать заключенных TVA, но таинственный новый пост в социальных сетях от Miss Minutes (да, у нее есть собственный аккаунт в Twitter) – это фут или циферблат для Miss Minutes.

Во вторник аккаунт Miss Minutes в Твиттере разместил это загадочное сообщение без контекста.

???? •? • ?????? • ??? • ??? • ?????? • ??? • ???? • ????? •? • ???? ? •? ’? • ????? • ???? • ???????? • ?? • ?? • ???????

– Miss Minutes (@MissMinutesTVA) 1 июня 2021 г.

Что вы имеете в виду? Теперь некоторым проницательным пользователям Твиттера удалось расшифровать зашифрованное сообщение (спасибо, декодер интернет-рун) и они нашли это:

«Когда я сбегаю из этой адской тюрьмы, они звонят в TVA и клянутся сжечь все.

Мисс Минутс – заключенная TVA Том Хиддлстон Локи и бесчисленное множество других? Возможно, или на самом деле, это сообщение о том, что нашему любимому озорному богу удалось пережить дружеское коммюнике о талисмане. Это потому, что это похоже на слова, которые Локи объявляет в трейлере: Земля. «

Локи Премьера состоится на Disney +. 9 июня 2021 года Хиддлстон снова играет свою давнюю роль в Marvel Studios в роли озорного бога. София ди Мартино , Оуэн Уилсон , Ричард Э.Грант , Саша Лейн и Гугу Мбата Закон Собрать актерский состав. Кейт Херон ( половое воспитание ) проводит шоу по версии Непослушного бога, который украл Тесселакта во время события Мстители / Финал Он захвачен TVA и призван восстановить разрушенную временную шкалу.

Прикольные сообщения из сети:

Необходимо расшифровать сообщение о пропущенных минутах – / Film

https: // www.slashfilm.com/loki-mascot-miss-minutes-message/ Необходимо расшифровать сообщение о пропущенных минутах – / Film

Загрузчик фильма Netflix Как скачать фильм бесплатное приложение Сайты бесплатных приложений Hd с сайтов Youtube Бесплатный сайт HD Apk в Интернете Лучший сайт Болливуд На хинди Веб-сайт Новое лучшее приложение Utorrent от Utorrent Movie Загрузить Google

Закон Великобритании требует предоставить ключ к зашифрованным данным или отправиться в тюрьму

Потеряли ключ шифрования? До пяти лет тюрьмы за детское порно или терроризм, два за другие преступления.

Так говорится в Законе о регулировании следственных полномочий 2000 года, на что указал Рик Фальквинг, основатель Шведской пиратской партии. Используя типичную тактику запугивания для отмены прав (терроризм, детское порно, обмен файлами и организованная преступность), Великобритания теперь может отправить вас в тюрьму, если вы не можете расшифровать то, что, по их мнению, зашифровано.

Файлы, которые выглядят зашифрованными, например, шум радиотелескопа, могут отправить вас в тюрьму. Фальквинг делает следующий шаг, по общему признанию, незначительный: если британская полиция действительно хочет, чтобы вас посадили в тюрьму, они могут потребовать от вас расшифровать файлы, скрытые с помощью стенографии внутри ваших отпускных фотографий.Не могу этого сделать? Отправлен в тюрьму.

Полиция

Вселенная V For Vendetta ближе к реальности …

lxskllr на snuson.com

Худший сценарий: любой полицейский, который решит опереться на вас, может запросто угрожать вам с довольно разумным шансом быть отправленным в тюрьму за отказ «расшифровать» то, что, по сути, является не чем иным, как поврежденным файлом или белым шумом.

Scary Devil Monastery на falkvinge.net

Помните, полиция должна доказывать вашу вину, а не вы – доказывать свою невиновность.И в рассматриваемом законе об этом действительно говорится.

PaulAJ на news.ycombinator.com

Правительство

Мы начали объявить конфиденциальность вне закона. Это не правильно. Говорите, пока у вас есть голос.

vy8vWJlco на news.ycombinator.com

Закон подлежит исполнению в отношении всех, кого закон требует запугать или задержать.

ChrisB на falkvinge.net

Кому это помогает? Это, безусловно, поможет тоталитарному правительству следить за оппозицией и информаторами.Слава богу, у нас нет тоталитарного правительства …. ох …

Мордред на snuson.com

Черт побери, в Великобритании все в порядке – сравнивать список вещей, которыми британские граждане не могут. во многие другие страны (даже в развивающиеся) растет с каждым днем.

jakeonthemove на news.ycombinator.com

Legal

Здесь, в Бразилии, конституция гарантирует, что никто не может быть принужден к представлению каких-либо доказательств против самого себя. Разве в Великобритании нет ничего подобного?

alberich в новостях.ycombinator.com

Хотя полиция может заблокировать вас, если они смогут убедить судью [s49 (2)] отдать приказ в соответствии с этим законом (который требует, чтобы судья имел разумную веру), это только предварительное заключение ( поэтому в игру вступают обычные законы об освобождении под залог, статья 6 ЕКПЧ и т. д. – хотя в Великобритании они все равно довольно смехотворны).

Duke на falkvinge.net

Еще одна мысль: разве это не позволяет кого-то подставить, записав на жесткий диск случайные данные?

nathan_long в новостях.ycombinator.com

Как вы думаете, когда этот закон будет включен в Патриотический акт в США: A) в следующем году B) в течение 5 лет C) никогда.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back To Top